Читаем Nabat_3 полностью

— Я понял вас, — испытующе смотрел на Судских Ген­надий, и Судских отвечал не менее проницательным взгля­дом. — Только интересно, кто бы мог стать противовесом этому мафиоз$/? Назовем его условно, господин...

— Шин, — подсказал Судских, и Геннадий удивился:

— Почему Шин?

— Да чисто случайно вырвалось, — улыбался Судских. — Некий ключевой знак вспомнил... — Он постарался замять неловкость: — Пока существует единственный серьезный конкурент на президентское кресло, справедливый и непод­купный, острый обличи тель существующего и аналитик под- ковровых игрищ. Галина Старовойтова.

— Вот бы не подумал! — развел руками Геннадий.

— Гаков анализ, — с улыбкой пожал плечами Судских. — А вообще в стране утвердилось мнение, что за лысым главой государства приходит на смену волосатый, за волосатым — лысый. Один из моих мозговиков-нрограммистов, Гриша Лаптев, высчитал, что нарушение этой закономерности дает России абсолютно другой путь развития, тем более женщи­на. Только пробиться Старовойтовой к власти не дадут. Стиш­ком хороша во всех отношениях, эдакая Галина Великая. С ней разберутся круче и загодя, нежели с прямолинейным генералом Лебедем. Для господина Шина Старовойтова очень опасный конкурент.

Игорь Петрович, — дождался своей очереди Гена Крокодил, — допустим, я целиком с вами согласен, не буду строить из себя патриота, но кто правит, мне далеко не безразлично. Мафиози — не вор в законе, ему наше братство целиком противно. Кого-кого, а нас изведут бы­стро. Да, я вор в законе, мой промысел криминален, но любой из наших олигархов еще больший вор, только без- законник. Как помочь Старовойтовой?

— Сложный вопрос, помедлил Судских, разгляды­вая лицо хозяина. Для себя он еще не сделал вывода, ка­кова доля искренности в словах его нового опекуна. Что ж... Если человек предлагает помощь, можно и принять ее. — Средства нужны. Чтобы Старовойтовой развернуть предвыборную кампанию, потребуются миллионы. Ни у какой из ныне здравствующих политико-финансовых груп­пировок она не возьмет, захочет остаться независимой от обязательств еще до воцарения на Олимпе власти. А да­ром денег никто не дает. Кто платит, тот заказывает музы­ку. Таков закон этого грязного жанра.

Допустим, я помогу? Безвозмездно?

У вас таких денег нет, — усмехнулся Судских.

— А если я найду кардан с ворованными деньгами? Поймите правильно, Игорь Петрович, если отнять такие и отдать хорошему человеку, — это не воровство, а гра­мотное перераспределение средств.