Читаем Nabat_3 полностью

Кто старое помянет, тому глаз ион. Поэтому они про­чувственно обнялись, беспечно разговорились, как обес­печенные люди, которым выпал случай унести ноги из горячего места. Попутно выяснилось, что оба согласились на депозит и завтра обоим получать наличные. Триф не стал дознаваться подробностей, но жадность приятеля ос­меял про себя. Тот приехал в Стокгольм надень раньше, а срок его депозита дольше. Ну и пусть. Илья Триф не счи­тает чужих денег.

11с приглашая друг друга посидеть где-нибудь, они веж-^ л и во распрощались, как порядочные евреи, и разошлись в разные стороны. Это нелюбопытство приятеля навеяло Трифу мысль, что, давая знакомым телефон шведского эмиссара, он наверняка стриг проценты за услугу. Триф посмеялся. Ему своих десяти процентов хватит.

Утром следующего дня он отправился в банк. Степы здания оставались прочными, архитектура старинной, а у входа стояли два полисмена. И вся уютная плошадка пе­ред банком быта заполнена взбудораженными соплемен­никами. Кричали и голосили о проделке русской мафии, о гигантском обмане, как из доверчивых вкладчиков выу­дили два, три, а то и все десять миллиардов долларов. Никто не понимал, откуда у них образовались такие деньги, но возмущались сильно, на психическом взрыве. Перед бан­ком, тихо осознал Илья Триф, собрались нищие, обездо­ленные люди, пирамида людей, прежние строители пира­мид и среди них он, зачинщик. Есть еще деньги у этих строителей на других счетах, смеха ради они могли соста­вить из оставшихся средств пирамиду внушительнее этой, но как же с ними обошлись жестоко! От группы к группе ползли невероятные слухи, выяснилось попутно, кто кому помог влезть в эту аферу, чаше и чаще на Илью иогля- дывали с затаенным упреком, и сам он понял, как сделали из него подсадную утку и пора бы сделать ноги отсюда, пока взгляды не сменились жестами, и очень доходчивы­ми. На свою раскатанную губу никаких миллионов он не получит. Злорадство поперло из Ильи.

«Ишь, халявщики! — вспомнил он и про двадцать три процента. Клюнули все, и халявщики сбились в кучу, выб­рали из них все до последнего цента, а за несколько часов до выплаты персонал банка сбежал неизвестно куда. — Так вам и надо! А ху-ху не хо-хо?»