Читаем Nabat_2 полностью

Кусок кумача, торчащий из трухлявого завала, Кронид приметил сразу. Бесценная находка: тут и скатерть, и про­стыня для Оками!

Осторожно выволакивая кумач, Кронид отступал к выхо­ду, а материя никак не кончалась, к радости юноши. Нако­нец она кончилась — больше трех метров широкого полотнища!

Выбравшись из завала, Кронид расстелил его на траве. Проступили буквы, не замеченные в полумраке.

Кумачовое полотнище оказалось лозунгом: «Сталин — наше знамя боевое!»

Вот, значит, куда они забрели...

Никакой артели здесь не было, как не было и мирного труда. Лагерь здесь обосновался, страшный приют обездо­ленных.

От Пармена Кронид слышал о Сталине, о тех лагерях, которые располагались в этих местах лет около ста назад. «Человек этот, — поучал Пармен, — был жесток, веру свою воздвигал на крови и людском страдании, но возвеличил Русь, как никто другой. Только это была уже не Русь, а империя зла и коварства. Всевышний Сталина не покарал, но империю разрушил, ибо перевертыш страшен желани­ем своим пребывать в человеческом обличье, улавливая некрепкие души...»

Кронид спросил, усомнившись: «Так Сталин был дьяво­лом?» Пармен отрицательно покачал головой: «Нет, внучек. Он хотел быть властелином и стал им. Добрые и недобрые деяния перемешались в его жизни. Божьей кары он не полу­чил и прощения тоже. Такими были царь Иван Грозный и Петр Великий, а мало ли других русских царей, изводившие мирян притеснениями? А много ли живших благодеяниями?

/Таков закон: вождь должен быть строг, ему вверен Богом народ, и спрос с него особенный: силен твой улей — вот тебе и возможность оправдаться перед Всевышним. В Священ­ном писании сказано: «Всякая неправда есть грех, но есть грех не к смерти».

Кронид призадумался: как же тогда быть добрым пра­вителем?