Читаем Nabat_2 полностью

— Не собираюсь, — ответил Судских. Голова была занята Мамонтовым. В него всадили шесть пуль. — Скажите лучше, Виктор Вилорович, а Мамонтов попадал к вам на заметку?

— Шустрый ты, — раскусил вопрос Воливач. — Только это особая статья. Другие дела, другие люди.

— А о родстве с Сунгоркиным знаете? — словно невзна­чай спрашивал Судских.

— Знаю, — с прищуром смотрел на Судских Воливач.

— Не лучше ли нам объединить действия?

— Давно предлагаю, Игорь Петрович. Давай, как прези­дент советовал: тебе книжки, мне остальное. Консультации и раскладки по обоим вопросам. И держу пари, завтра верну тебе сына.

— Принимается. На что? — протянул руку Судских.

— Отдай назад Шмойлова. Как понимаю, ты его выпот­рошил, а я с ним найду общий язык по другим темам.

Пожали руки.

— Виктор Вилорович, — козырнул подошедший опера­тивник Воливача и замолчал.

— Говори, — ободрил Воливач, — Игорь Петрович мне как родной сын, роднее не бывает.

— Вот, —- разжал ладонь оперативник. — Из такой «аст­ры» был убит майор Зуев. Из нее же рязанский хлопец.

Воливач пояснил:

— Помнишь происшествие на Рязанке? Тогда мы счита­ли, что водитель погиб при столкновении. При вскрытии оказалось — застрелил Шмойлов. А теперь я очень в этом не уверен. Не было ли в «ауди» третьего, а Шмойлов скрывает'

— Мало ли таких моделей? — усомнился Судских.

— В данном случае — одна и та же, — повернулся к Суд­ских оперативник. — Патрон вскрывался для добавки поро ха. Видите следы? — показал он гильзу. — Ее обжимали посл< вскрытия. Вот следы от пассатижей или тисков.

— Найдем стрелка? — спросил у него Воливач.

— С номерами? Нет проблем, постараемся, — уверен но ответил оперативник. По его тону угадывался знато] своего дела. В пору ельцинских глупостей Воливач умуд рился сохранить опытных работников и костяк Лубянка

Судских позавидовал. Его хлопцы работали ответственно, однако хватка у оперативников Воливача была жестче, без церемоний. Дать по зубам, если вежливый разговор не по­лучается, считалось вполне приемлемым делом. От такого поворота собеседник становился податливее. Метод или пережитки бериевской практики? С одним уточнением: по зубам давали зубастым, ушастым перепонки не рвали, те слушали хорошо, а глазастые видели сразу, что церемо­ниться с ними не станут.

Воливач поднес к губам мобильную рацию и запросил:

— «Лагуна», как там землячок поживает?

«Москвич», — догадался Судских.