Читаем На Востоке полностью

А вы уничтожайте подлых гадов, громите их меткими залпами.

Жму вам руку и желаю здоровья, силы и выносливости.

Помню тот номер газеты, помню, с каким волнением читали его красноармейцы и командиры нашего полка. На той же странице был опубликован и ответ, под которым все мы были готовы подписаться, настолько точно и правдиво он отражал наши мысли.

Ответ Зое Киселевой от младшего командира Н. Косарева

Получив ваш подарок, я был еще больше воодушевлен на борьбу с зарвавшимися японцами, осмелившимися напасть на дружественную нам Монгольскую Народную Республику.

…Мы будем бить врага до последней капли крови, откуда бы он ни пришел, и стойко защищать свои границы… Вы, боевые подруги, находясь на своих постах, должны еще больше поднять революционную бдительность в борьбе с врагами.

Будьте спокойны: мы, воины Рабоче-Крестьянской Красной Армии, зорко охраняем мирный труд советского народа. С приветом — младший командир Н. Косарев.

Такие письма в войска шли сотнями, тысячами. В них выражалась готовность советских людей в любую минуту встать на защиту Родины в боевые красноармейские ряды и вместе уничтожать японских агрессоров. Читая эти письма, присланные из родных колхозов, с фабрик, заводов, от матерей, жен и сестер, воины чувствовали, что они не одни, с ними весь советский народ. Это поднимало боевой дух личного состава, укрепляло их веру в победу.

Газеты, боевые листки, листки-молнии, листовки, памятки передавались из окопа в окоп. Воины читали их небольшими группами, по два-три человека, и в одиночку. Беседы, собрания, а иногда даже митинги устраивали, как правило, с наступлением темноты. Отличительной чертой этих мероприятий являлось то, что, когда японцы начинали ночью активные боевые действия, воины видели рядом с собой политработника, который не только разъяснял обстановку на фронте, в стране, но и, если требовалось, вел людей в контратаку. Так действовали и политруки рот, и комиссары батальонов, нередко ходил в атаку, когда было особенно трудно, и комиссар полка.

Большим уважением в нашем полку пользовались политруки рот В. Н. Кулагин, В. И. Буктерев, К. Ф. Срослов, М. Ф. Терентьев, комиссары батальонов Я. М. Козлов, И. Е. Виноградов и другие. Слово их было авторитетно. Бойцы равнялись на них, шли за ними по первому зову.

Основной упор мы делали на индивидуальную работу с личным составом. И тут уж одни политруки и комиссары, естественно, не могли охватить своим влиянием всех людей. Нужен был актив из наиболее политически грамотных и хорошо подготовленных в военном отношении людей. Такие люди нашлись в каждом подразделении. За время боев многие командиры и красноармейцы накопили богатый опыт и приобрели неплохие организаторские способности. С помощью этого актива мы учили воинов умению обороняться и наступать, разъясняли и показывали, как нужно действовать во время ночных атак японцев, как готовить днем данные для ночной стрельбы из пулеметов. Учили мы людей, в первую очередь, конечно, молодых бойцов, глубже зарываться в землю, умело маскироваться (чтобы ты видел врага, а он тебя нет), учили искусно располагать огневые средства.