Накануне описываемого дня Королю звонил Варяг. Его не устраивал срок отправки, и он настаивал на том, чтобы оружие прибыло в ближайшие два дня. Король заверил, что так оно и будет, но тут же заметил, что такое ускорение повлечет за собой дополнительные затраты в размере пятидесяти тысяч долларов. Эти деньги Король хотел забрать себе, а затем оттянуться где-нибудь на Мальдивах. А с таможенниками за ускорение операции он расплатится просто – поставит пару бутылок дорогого марочного коньяка, которые вместе с ними и разопьет, заодно вспомнив лихую молодость.

«БМВ» подмигнул правым поворотником и аккуратно прижался к тротуару. Казино зазывало яркими огнями и девятиметровым светящимся плакатом, на котором был запечатлен лихой улыбающийся ковбой в шляпе с широкими полями.

Дверца «БМВ» открылась, и Король в сопровождении двух телохранителей поспешил прямо в объятия ковбою. Один из телохранителей предупредительно обогнал его на полшага и взялся за ручку двери.

В последнюю секунду Король почувствовал что-то неладное. Он обернулся и увидел, как из окна припарковавшейся вслед за «БМВ» «девятки», грязной, словно она выбралась из таежной топи, показался ствол пистолета. Через стекло в глубине салона Король рассмотрел молодого парня, улыбавшегося безукоризненно белыми зубами. Вор подумал о том, что именно так должна выглядеть смерть. Вспыхнуло ослепительное пламя, и в последнее мгновение Королю показалось, что он успел заметить пулю, вылетевшую из ствола.

А затем наступила темнота.

Глава 45

– Что с Сократом? – деловито осведомился Колян.

Уже три дня он жил в огромном загородном доме. Не так давно этот особняк принадлежал крупному чиновнику из Министерства внешней торговли. С ним случилась маленькая неприятность – он неожиданно выпрыгнул из окна своего служебного кабинета на аккуратную клумбу, находившуюся десятью этажами ниже. Среди соседей блуждал нехороший слушок, что упасть ему помогли, но возбужденное дело скоро было закрыто ввиду отсутствия состава преступления. Полгода дом пустовал – покупателя, едва узнав о судьбе хозяина, поворачивали оглобли, видимо всерьез опасаясь затаившихся под потолком привидений. Купить дом отважился лишь Николай Радченко, который был запанибрата со всякой дьявольской силой.

– Он почувствовал, что мы за ним следим, – сообщил Хорек. Из-под его досадливо вздернутой губы показались мелкие зубки. Сейчас он действительно напоминал хорька. Колян не удивился бы, если бы его помощник схватил со стола карандаш и начал его грызть. – Вот и затаился.

– Дома он не показывается?

– Нет.

– Установите за домом круглосуточное наблюдение. Он может вернуться в свою нору в любое время.

– Мы так и сделали, Колян. Сейчас там находится Горыныч. А хватка у него сам знаешь какая, – как у бультерьера! Если уж за кого схватится, так не выпустит.

– Это точно, – поддакнул Угрюмый. – Матереет парень!

Горыныча Федор невзлюбил сразу. Ему не нравилось в нем все, особенно манера разговаривать сквозь зубы, словно Горыныч выдавливал из себя слова. Так же разговаривают подростки в пору полового созревания, когда им очень хочется понравиться девочкам, но они плохо представляют себе, как это сделать, и единственное, на что способен их неискушенный ум, так это строить из себя разудалых молодцов с огромным жизненным опытом.

Горыныч был еще тот дебил. Невозможно было угадать, какая зловещая думка прячется в его лошадиной башке. Он любил убивать и ни от кого не пытался скрывать своей страшной страстишки. Угрюмому порой казалось, что он ощущает на своем затылке холодный змеиный взгляд нового бойца. Федор был уверен: если Горыныча запереть в таком месте, где он будет лишен возможности убивать, то уже через неделю тот загнется без свежепролитой кровушки.

Ссориться с Горынычем не входило в планы Федора, а потому он частенько уступал ему в спорах.

– Если дело так пойдет и дальше, то его можно будет поставить во главе десятки, – сказал Хорек и посмотрел на Коляна.

– Для того чтобы командовать людьми, мозги нужны, а у него их нет, – жестко отреагировал Николай. – Для него верх карьеры – это быть палачом в бригаде. Зачем лишать парня любимого дела? Без него он засохнет.

Угрюмый улыбнулся. Это был тот редкий случай, когда он сходился с Коляном во мнениях.

– Установили, с кем клиент общается? – спросил Колян.

– Да, – охотно ответил Хорек, вновь показав свои хищные зубки. Он старательно делал вид, будто не замечает роскошной Обстановки дома. Казалось, Колян ввез в комнату лучшую мебель Европы. Диван и кресла были обтянуты кожей настолько нежной, что она буквально ласкала тела, словно многоопытная любовница. На стенах висели картины с какой-то абстрактной мазней, сплошь состоявшей из треугольников и ломаных линий. Подобное искусство Хорька не впечатляло, но картины стоили огромных денег. Хорек и сам мечтал обзавестись домом – пускай он и не будет таким внушительным и роскошным, не обязательно иметь лужайку площадью в полгектара, и картины такие тоже не нужны – вполне достаточно красивых лубочных обоев.