Читаем На воле полностью

Он погрузился в раздумье. Неизвестные, которые били по нему, безусловно были прекрасно осведомлены обо всех делах Госснабвооружения. Следовательно, направлял их не человек со стороны, а лицо, занимающее одно из ключевых мест в системе, то есть посвященное во многие тонкости переброски оружия. Таких людей было всего трое. Первый – Андрей Егорович Платонов. Сложная фигура. Вторым в списке Варяга стоял заместитель генерального директора Госснабвооружения по восточному сектору тридцатисемилетний генерал-майор Лозовский Павел Сергеевич. Темная лошадка, надо признать. О нем Варяг знал только то, что генерал был азартным бильярдистом и все свободное время проводил в бильярдном клубе, загоняя в лузу шары. Третьим в списке значился Костылев Арсений Захарович. Год назад он был правой рукой Платонова, затем его неожиданно перевели на пост заведующего отделом внешних связей. Свое перемещение Костылев комментировал так: «Назначен с понижением, зато с расширением полномочий». Ему было лет сорок пять, хотя благодаря обширной лысине выглядел он старше.

Платонова Варяг изучил достаточно хорошо. Андрей Егорович был предсказуемым человеком. Он не стал бы, в отличие от Лозовского, устраивать скандал в парижском казино только потому, что крупье небрежно подал ему фишки. Не мог выпить лишнего в фешенебельном ресторане и запустить мобильным телефоном в метрдотеля.

Андрея Платонова никто не назвал бы святым. Он умел и любил грешить, однако тщательно скрывал свои шалости. О его грешках знали только личный шофер, доставлявший ему проституток, да еще тараканы, наблюдавшие за любвеобильным Андреем Егоровичем из всех щелей явочной квартиры. А повидать им пришлось немало.

Интуиция подсказывала Варягу, что Платонов совсем не тот человек, который отважится бросить ему вызов. Тем более что его подноготная для Варяга не была секретом. И потом, какой резон Платонову ссориться, когда он уже давно успел смириться с существующим положением и даже нашел в нем немало хорошего: работать не надо, а деньги и почет те же!

Совсем другое дело Лозовский.

Лозовский был довольно молод, а молодости всегда свойственны дерзость и авантюризм. Генерал-майор относился к той породе людей, которые могли поставить все заработанные фишки на «зеро» по принципу «пан илипропал». Лозовский был игроком чистой воды, а такие никогда не довольствуются достигнутым. Будучи очень честолюбивым человеком, Павел Сергеевич считал, что уже давно перерос свою должность и давно достоин большего. Он вполне мог затеять интригу против Варяга, чтобы ничто не помешало ему утвердиться в роли полноправного хозяина Госснабвооружения.

Если дело и впрямь обстояло таким образом, то вел себя Лозовский чрезвычайно осмотрительно. Он не набивался Варягу в друзья, зато старательно выказывал ему свою симпатию и частенько заглядывал к нему в кабинет поболтать о пустяках. Как специалист по Ближнему Востоку, он отлично знал проблематику своего региона и, конечно же, разработка новых путей доставки оружия заказчикам не проходила без его участия. В принципе Лозовскому достаточно было поднять трубку телефона, чтобы «засветить» не только оправдавший себя канал, но и продать со всеми потрохами всех тех, кто лишь однажды прикоснулся к незаконной продаже оружия.

В кабинете стало душно. Варяг включил кондиционер, и уже через минуту помещение наполнилось живительной прохладой. Сейчас очень к месту была бы чашечка кофе.

Владислав нажал на клавишу селектора и коротко распорядился:

– Оля, принеси, пожалуйста, кофе.

Ольга не заставила себя ждать: уже через пару минут она внесла на небольшом подносе чашку кофе и печенье на фарфоровом блюдце. Девушка бросила лукавый взгляд на Варяга, поставила кофе на стол и задержалась в комнате секунд на десять больше, чем следовало бы. Варяг угадал ее нехитрый маневр, но предложения скоротать остаток вечера вместе не последовало. Задрав подбородок выше обычного, Ольга, чеканя шаг, словно новобранец на плацу, направилась к выходу. Варяг невольно задержал взгляд на ее бедрах. Приятные округлости на мгновение всколыхнули в его душе нечто похожее на сексуальное возбуждение. Вечер, проведенный однажды в ее обществе, не прошел для Варяга бесследно, но повторения он не пожелал, опасаясь потерять голову. Удивительно, но он помнил каждый изгиб ее прекрасного тела, а маленькая родинка на правой груди не однажды вспоминалась Варягу в самые неподходящие минуты, вызывая неуместное волнение и отвлекая от серьезных дел.

Варяг сделал небольшой глоток. Горчит – то, что надо! С недавнего времени он испытывал постоянную потребность в кофе. Кофеин, как ничто другое, помогал концентрации мыслей.