Природа совершает свой круговорот и наступает самая прекрасная пора года, когда мир наполняется пением одуревших от перелёта птиц, восхитительно аппетитной зеленью и воздух пронизанн ощущением новой жизни. В наших квартирах просыпаются неведомые мухи, которые сумели тайно проникнуть в наше жилище, найти укромную щель и не мешать нам до самых теплых дней. Мы вдруг слышим неуверенное жужжание и истерический темп ударов о стекло. Общаться с мухами не самое радостное дело, которое можно представить и мы говорим себе: Не спеши к мухе, она как-нибудь сейчас сдохнет, или найдет где то незакрытое весеннее окно и свалит. Мы говорим себе это 5 – 10 – 20 минут, пока не понимаем: Да, что за сволочь, она мне зубы сверлит этим, своим бжжжжж – стук - стук – бжжжж. Вы идете искать это гнусное и низменное насекомое, судорожно перебирая варианты избавления от мух, которые предпринимала ваша Мама. Конечно можно убить это вульгарное двукрылое, благо у него пока нет той живости в членах, которыми обладают молодые навозницы. Весенняя муха очевидно уже плохо видит и у нее уже отбитая, думаю, лысая голова. Она подозрительно толстая и неуклюжая в сравнении с молодой, стройной порослью вышедшей из грудничков – опарышей. Вы берете из стирки старое полотенце, чтобы на месте решить, как умрёт этот «гвоздь из вашей задницы». Отодвигаете штору и видите, - под рамой лежат мертвые мухи, которые не рвались на Свободу, не пытались пробить маленькими и очевидно тупыми головками, незыблемую толщу, совершенно непреодолимого стекла. Поняв это, обреченно ждали, когда солнце убьёт их, теми же лучами, которыми оно их разбудило. Они совершенно предсказуемо умерли, так и не увидев новой весны. Но эта жирная и серая от старости муха тупо гнет свою бессмысленную линию, убивая себя о стену, видимо решив, что смерть от увечий, разумнее безвольного ожидания смерти, среди ещё живых трупов! Я смотрю на этого Героя мух и понимаю, МНЕ НЕЛЬЗЯ ЕГО УБИВАТЬ, потому что в нём, живет та самая искра, что движет этим миром, - Непримиримая и угрюмая борьба с любым врагом, который встает на его пути, борьба нерациональная, совершенно безумная, но святая для Героев. Я накрываю навозника и с брезгливостью ищу открытое окно, чтобы не без труда вытряхнуть его за раму. Он ещё сидел на стекле, одурев от усталости, беспощадного света и смотрел на меня, наверняка приняв меня за Бога, который услышал его Молитвы и увидел ЕГО, БЕССМЫСЛЕННУ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ МУХ, БОРЬБУ. Хочу быть этой мухой, которая утомит своим броским идиотизмом Господа Бога настолько, что Он скажет: дайте этому дегенерату то, во что он верит, иначе окончательно раздолбит свой лысый череп, а мозги ужасно плохо отстирываются от брюк, мне бы не знать…

По спине и Крест

Воля вольная

да степь широкая

Ветра свист

Да полуденный зной

Ну, какая же Ты, необъятная

как горжусь я, своею Страной

Быть Россией

Доля тяжкая

Прогибается под Крестом

Но другой стези

нам не надобно

Нам иное

как нож в ребро

Сладко не жили

сыты не были

Да и будем ли, мы когда?

Но и имя своё не забыли мы

Русским быть -

как лететь орлом...

Срывая одежду стен