Я пытался сохранять спокойствие, равномерно вдыхая и выдыхая воздух. Лежа на спине, справляться с волнами было проще, и мы с Анной плыли по течению. В темноте гидросамолеты не летают, но наверняка на рассвете за нами пошлют помощь. К тому времени кто-то уже узнает, что мы потерпели крушение.

А мои родители даже ни сном ни духом, что мы были на том самолете.

Шли часы, акулы не появлялись. Может, они уже здесь, а я об этом не подозреваю. Обессилев, я ненадолго задремал, опустив ноги вместо того, чтобы пытаться держать их ближе к поверхности. Я старался не думать об акулах, возможно, скрывающихся на глубине.

Когда я снова потряс Анну, она не отреагировала. Казалось, что ее грудь поднимается и опускается, но я не был уверен. Раздался громкий всплеск, и я дернулся. Голова Анны свесилась набок, и я снова вернул ее на место. Плеск продолжался в едином мерном ритме. Представляя себе не одну акулу, а пять, десять или еще больше, я развернулся. Что-то выступало из воды, и я сразу понял, что это такое. Плеск издавали волны, бьющиеся о риф, окружающий остров.

Я в жизни не чувствовал такого громадного облегчения, даже в ту минуту, когда врач сказал, что лечение подействовало и рак наконец-то отступил.

Течение приближало нас к острову, но несло мимо берега. Если отдаться на волю волн, то на сушу мы не попадем.

Я не мог грести руками, потому что они находились под лямками жилета Анны, поэтому я остался на спине и принялся отталкиваться ногами. Туфли свалились со ступней, но мне было все равно. Следовало сбросить их еще несколько часов назад.

До земли оставалось метров двадцать. Дальше, чем когда я начал пытаться вырваться из течения, значит, у меня не осталось выбора, кроме как освободить одну руку. Я поплыл на боку, стараясь удерживать лицо Анны над водой.

Снова поднял голову. Мы уже близко. Легкие горели огнем, пока я, отчаянно работая ногами, плыл на пределе своих сил.

Мы достигли спокойной лагуны за рифом, но я не переставал грести, пока не коснулся песчаного дна. Сил хватило лишь на то, чтобы выволочь Анну из воды на берег, а затем я рухнул рядом с ней и отключился.

* * *

Меня разбудило палящее солнце. Все тело ломило, а видел я только одним глазом. Я сел и стащил с себя спасательный жилет, затем посмотрел на Анну. Ее лицо было опухшим и израненным, лоб и щеки испещряли порезы. Она лежала совсем неподвижно.

Сердце заколотилось в груди, но я заставил себя протянуть руку и коснуться шеи Анны. На ощупь ее кожа была теплой, и я во второй раз испытал прилив огроменного облегчения, когда почувствовал под пальцами биение пульса. Анна жива, но единственное, что я знаю о черепно-мозговых травмах – так это то, что одна такая случилась у Анны. А вдруг она никогда не очнется?

Я осторожно потряс ее.

– Анна, ты меня слышишь?

Никакого ответа, и я снова потряс ее.

Хорошо бы она открыла глаза. Чудесные, большие глаза темного серо-голубого цвета. При нашей первой встрече я сразу обратил на них внимание. Анна пришла к нам домой на собеседование с моими родителями, и я смутился, потому что она была красавицей, а я – похожим на глиста тощим и лысым задохликом.

Ну же, Анна, дай мне увидеть твои глаза.

Затаив дыхание, я сильнее тряхнул ее, и только когда она наконец подняла веки, медленно выдохнул.

Глава 3 – Анна

Надо мной нависли два расплывчатых Ти-Джея, и пришлось долго моргать, пока они не слились в один силуэт. Лицо мальчика усеивали порезы, а левый глаз заплыл.

– Где мы? – просипела я. Голос звучал хрипло, во рту чувствовался привкус соли.

– Не знаю. На каком-то острове.

– А Мик?

Ти-Джей покачал головой:

– Обломки самолета быстро затонули.

– Совсем ничего не помню.

– В воде ты потеряла сознание, я долго не мог заставить тебя очнуться и даже подумал, что ты мертва.

Голова раскалывалась. Я дотронулась до лба и вздрогнула, задев пальцами большую шишку. Висок покрывало что-то липкое.

– У меня кровь течет, да?

Ти-Джей наклонился ко мне и запустил пальцы в волосы, ища источник кровотечения. Я невольно вскрикнула, когда он нащупал ранку.

– Прости, – извинился мальчик. – Глубокий порез. Сейчас уже не так сильно кровоточит. В воде было хуже.

Страх волной прокатился по всему телу.

– Там были акулы?

– Не знаю. Не видел ни одной, но тоже об этом думал.

Я глубоко вдохнула и села. Пляж колыхался перед глазами. Упершись ладонями в песок, я постаралась удержаться в сидячем положении, пока не пройдет головокружение.

– Как мы сюда добрались? – спросила я.

– Я продел руки в лямки твоего спасательного жилета, и течение несло нас, пока я не заметил берег. Подгреб к земле и вытащил тебя на песок.

Да уж, немало Ти-Джей для меня сделал. С минуту я молчала, глядя на воду. Представляла, что могло случиться, если бы он меня выпустил, или приплыли акулы, или поблизости не оказалось острова.

– Спасибо, Ти-Джей.

– Да не за что, – спаситель лишь на секунду посмотрел мне в глаза и тут же отвел взгляд.

– Ты сам-то не пострадал? – начала я соображать.

– Ничего страшного. Вроде при приводнении ударился лицом о переднее кресло.