Читаем На мели полностью

— Давайте лучше скажем так: вы помогли украсть это судно, но нет никаких доказательств, что сделали это намеренно. Не знаю, вы просто олух царя небесного или ловко таковым притворяетесь, но, во всяком случае, у нас нет оснований для задержания.

— Не сдаетесь, держитесь до конца?

— Без этого в нашем деле нельзя. Пошли-ка поглядим, может, вы опознаете Холлистера на фотографиях из полицейского архива.

Они спустились в другую комнату, душную и полутемную. Оба детектива сначала с надеждой, а по мере ее исчезновения с нарастающей злостью терпеливо наблюдали, как Ингрем просматривает сотни фотографий, пытаясь найти на них человека, назвавшегося Холлистером. Шкипер понимал, что все еще находится под подозрением, а если не найдет фотографию, то эти подозрения отнюдь не уменьшатся. Он злился на себя за то, что его обвели вокруг пальца, и горел желанием рассчитаться с человеком, втравившим его в эту историю.

— Мне кажется, мы зря теряем время, — объявил Квин через час напрасного труда.

— Может быть, у вас есть еще фотографии?

— Нет, достаточно, — решительно ответил детектив, давая понять, что Ингрем может идти.

Тот поднялся.

— Скажите, где остановилась миссис Осборн?

— Я бы не беспокоил ее при сложившихся обстоятельствах, — посоветовал Шмидт. — Эта пятидесятипятитысячная яхта могла быть последним ее достоянием.

— А где швартуется “Дорадо”, не знаете?

— Нет. А она тут при чем?

— Мне бы хотелось узнать, где они подобрали ялик.

— Зачем?

— Скажем, я любопытен и чувствую: есть что-то во всем этом чертовски странное.

— И вы недалеки от истины, — холодно согласился Квин. — А теперь почему бы вам не убраться подобру-поздорову?

* * *

Когда Ингрем вышел на улицу, дождь уже прекратился, смеркалось. Неоновые огни ярко светились под темнеющим синим куполом неба, нескончаемым потоком мимо неслись автомобили, шурша шинами по мокрому асфальту. Дойдя до отеля, он почувствовал, что рубашка прилипла к потной спине. При виде его дежурный за стойкой, нервно улыбаясь, спросил:

— Э... Надеюсь, все в порядке?

— Да.

— Вы не думайте, я просто не мог ничего поделать, они приказали мне позвонить, когда вы вернетесь...

— Все нормально. Дайте ключ, пожалуйста.

— Прошу вас, сэр. — Служащий повернулся и достал из ячейки ключ вместе с клочком бумаги. — Да, вам тут звонили с полчаса назад. — Он протянул Ингрему наспех нацарапанную телефонограмму: “Позвоните миссис Осборн, отель “Колумбия”.

Странно, но, может быть, женщина просто хочет облегчить душу, отпустив пару нелицеприятных замечаний по адресу тупицы, который невольно помог украсть ее яхту. Наверно, это напыщенная старая вдова, которая говорит басом. Он сам намеревался ей позвонить, но попозже. Сейчас важнее всего найти “Дорадо”, пока команда не ушла куда-нибудь на ночь. Вполне возможно, что он уже опоздал. Ингрем прошел в конец вестибюля к телефонной кабине, нашел номер базы береговой охраны и только собрался набрать его, как кто-то постучал по застекленной двери. Это оказался гостиничный служащий.

Ингрем распахнул дверь:

— В чем дело?

— Дама на проводе, сэр, опять звонит. Вы можете поговорить с нашего аппарата.

— О Господи!

Он выудил свой десятицентовик и подошел к конторке, решив поскорее отделаться от настойчивой владелицы “Дракона”.

Дежурный подвел его к маленькому коммутатору и исчез в задней комнате.

— Слушаю, — сказал он. — Ингрем у телефона.

— Это миссис Осборн. — Хрипловатый голос оказался гораздо более молодым, нежели он предполагал. — Не зайдете ли ко мне в отель “Колумбия” прямо сейчас? Мне надо с вами обсудить нечто чрезвычайно важное.

— О чем речь?

— Скажу только, что это имеет отношение к “Дракону” и не терпит отлагательства. Мне кажется, вы могли бы мне кое в чем помочь.

Что ей от него надо, было малопонятно, но Ингрем решил, что задавать вопросы — только терять время.

— Хорошо, — ответил он, — я непременно приду, но сперва мне надо найти капитана “Дорадо”...

— В этом нет необходимости, — прервала его женщина, — я уже с ним переговорила.

— Он сказал, где они нашли ялик?

— Да, я все разузнала.

— Уже бегу. Где мы встретимся?

— Поднимитесь прямо ко мне в комнату. Через десять минут он вышел из лифта отеля “Колумбия” и пошел по застеленному ковром кондиционированному коридору, всматриваясь в номера на дверях. Когда женщина открыла на стук, Ингрем в первый момент решил, что ошибся номером. Даже памятуя о молодом голосе по телефону, он от неожиданности опешил.

По всем правилам особе, владевшей семидесятифутовой яхтой, полагалось быть солидной седеющей дамой, по крайней мере лет под шестьдесят, а стоящей перед ним изящной рыжеватой блондинке с роскошной копной волос не могло быть больше тридцати. Как он успел заметить, у нее было холеное, немного высокомерное лицо с высокими скулами, ровный загар красиво оттенял зеленые глаза и яркие губы. Трикотажное платье зеленого цвета подчеркивало все достоинства ее хорошей фигуры.

— Входите, капитан, — пригласила она. — Рей Осборн — это я.