Читаем На горизонте - Эльдорадо полностью

При всем этом замечательный немецкий исследователь и путешественник считал, что "мы, несомненно, в значительной мере обязаны Эльдорадо нашими знаниями о внутренних областях Америки. Попытки завоевать эту легендарную страну принесли пользу географии, как нередко приносят пользу истине ошибки или смелые гипотезы".

Вместо эпилога

НАСЛЕДНИЦА ДРЕВНЕГО ЭЛЬДОРАДО

Подошла к концу наша история о приключениях легенды об Эльдорадо. Но было бы несправедливо, если бы мы, прощаясь с ней, не заглянули еще раз в страну, которая подарила миру этот миф.

Республика Колумбия, наследница древнего Эльдорадо и королевства Новая Гранада, широко раскинулась на крайнем северо-западе Южной Америки, занимая обширные пространства вдоль берегов Атлантического и Тихого океанов. Как и прежде, могучая Магдалена, "Великая река" испанских хроник, главная водная артерия страны, плавно несет свои желто-бурые воды к Карибскому морю. Вся срединная часть ее правобережья занята горным массивом Восточных Кордильер, их обширными плоскогорьями и долинами. Это .территория департаментов Кундинамарка и Бояка, земля древних муисков. Здесь расположены столица республики Богота и другие крупные культурные и промышленные центры. Здесь, как нигде, явственно ощущаются дыхание и пульс латиноамериканской республики.

Как и 400 лет назад, на плодородных землях Боготского плато работают трудолюбивые земледельцы. Черные, смоляные волосы, орлиный нос, большие темные глаза, выдубленная ветрами коричневая кожа, самотканые синие и коричневые пончо-руана - все выдает в этих людях индейцев.

Но едва ли найдется среди них один, кто назвал бы себя индейцем. "Сомос коломбианос" - мы колумбийцы - таков будет ответ, если спросят их, кто они такие.

Среди потомков древних муисков давно утвердилась испанская речь. Муиски легко усваивали испанские слова, и этой своей способностью удивляли еще Кесаду и его спутников. Поколение индейцев, родившихся после конкисты, без помощи учителей легко овладело языком завоевателей. В конце XVI в. муиски уже свободно изъяснялись по-испански на рынках и ярмарках, в приемной королевского суда, исповедовались священникам в католической церкви. И вскоре родную речь индеец мог услышать только в своей семье, в тесном кругу родичей. Спустя 200 лет язык муисков угас и там: даже колыбельные песни ма-тери-индеанки пели по-испански. Язык муисков вышел из употребления. И когда Александр Гумбольдт в 1801 г. встречался с индейцами на торговых площадях и сельских дорогах, они бойко отвечали ему по-испански, хотя в их речи слышалось, пожалуй, слишком много шипящих звуков.

Однако было бы неверно думать, что потомки муисков вместе с языком забыли свою древнюю историю, дела своих славных предков. В 1780 г. в вице-королевстве Перу вспыхнуло народное восстание против испанской короны, которое возглавил касик из провинции Тинта, принявший имя Тупак-Амару - так звали последнего инку. Это народное движение всколыхнуло всю колониальную империю Испании. Вскоре волнения начались в Новой Гранаде среди потомков муисков, как бы принявших эстафету из рук казненного Тупак-Амару.

В марте 1781 г. по селениям вокруг Боготы и Тунхи разнеслась весть о том, что Амбросио Писко, прямой потомок древних правителей - боготских сип, созывает вооруженные отряды в город Сокорро. Там начался мятеж против испанских властей. И вот в Сокорро потянулись индейцы во главе с наследственными касиками. Жители Немокона и Сипакиры, работавшие в древних соляных копях, сожгли усадьбу управляющего и провозгласили себя единственными владельцами этих промыслов согласно "исконному праву предков". Амбросио Писко как представитель древнего рода объявил себя королем Боготы и призвал индейце* бороться против грабительских налогов, засилья испанских чиновников, притеснения владетельных сеньоров. Однако индейцы, жаждавшие вернуть былую независимость, не сумели защитить ее с оружием в руках. Разногласия, неорганизованность, нехватка оружия в армии повстанцев, предательская политика креольской верхушки привели к тому, что инициатива перешла к правительственным войскам. К тому же местные власти лицемерно пообещали восставшим удовлетворить все их требования. Крестьяне разошлись по своим домам. Однако ни одно из требований не было выполнено, на участников восстания обрушились репрессии, знатных же индейцев, потомков древних вождей, лишили дворянского звания и прочих привилегий. Амбросио Писко сослали на каторжные работы в Картахену, где он вскоре и умер.

Но и после поражения потомки муисков не сдались. В глубине души каждый из них продолжал считать себя индейцем, существом, отличным от испанцев и глубоко связанным с окружающим миром.