Читаем На горизонте - Эльдорадо полностью

Постепенно за Карибскими берегами Южной Америки закрепилось название Тьерра-Фирме, то есть "Материковая земля". В 1508 г. неугомонный Алонсо де Охеда в третий раз получил королевское разрешение, чтобы основать колонию на Тьерра-Фирме. Охеде досталась Новая Андалузия - так нарекли приморскую полосу теперешней Колумбии. Близ устья Магдалены завоеватели принялись вылавливать индейцев, с тем чтобы продать их в неволю. Однако индейцы отчаянно сопротивлялись. Многих людей потерял Охеда в стычках и вынужден был бежать на запад. В 1510 г. неподалеку от устья реки Атрато он заложил первое в Южной Америке поселение - Сан-Себастьян. Однако голод, болезни, губительный климат скоро привели колонию в состояние крайнего упадка. Тогда Охеда отправился на Эспаньолу за подмогой, где спустя несколько лет и умер.

В течение последующих полутора десятков лет почти не предпринимались попытки колонизовать эту часть Америки. Все карибское побережье стало ничейной землей, отданной на разграбление конкистадорам и авантюристам всех мастей. Эта ничейная земля была объявлена к тому же "землей бесполезной".

В отличие от нее четыре главных острова Карибского моря - Эспаньола (теперь - Гаити), Куба, Ямайка и Пуэрто-Рико, открытые во время первых экспедиций Колумба, считались "весьма полезными". Из крепости Санто-Доминго на острове Эспаньола, столицы тогдашней испанской Америки, направлялись на юг в поисках рабов, а заодно и золота один за другим разбойничьи рейды.

Словно омут, поглощали эти "весьма полезные" для испанской короны острова мужчин, женщин и детей, захваченных в неволю на Карибских берегах Южной Америки. А в те времена берега эти были плотно населены: по подсчетам ученых, в начале XVI в. там обитало примерно 500 тысяч человек.

Не удивительно, что вскоре прибрежные жители стали ожесточенными врагами испанцев. Сея страх и ужас в рядах конкистадоров, индейцы изматывали их неожиданными налетами или навсегда покидали насиженные места. Труднодоступные лесистые отроги Сьерры-Невады, горного массива, который возвышался недалеко от берега, служили для них надежным прибежищем. Бесстрастные документы той эпохи говорят и о третьем пути избавления от позорной неволи: плену, а затем и рабству индейцы предпочитали добровольную смерть.

Все тише становилось на северном побережье Южной Америки, все безлюднее. Забытая богом земля!

Однако вскоре наступило время крутых перемен. Фантастически успешный поход Эрнандо Кортеса в Мексику (1519- 1521 гг.), открытие и завоевание им обширного и процветающего государства астеков, экспедиции Педро де Альварадо на тихоокеанское побережье Мексики и в Гватемалу, вторжение конкистадоров на Юкатан и в другие районы Центральной Америки подорвали значение Антильских островов.

Становилось ясно, что Антилы всего лишь ничтожный аванпост огромного и до той поры неведомого материка. Иначе откуда бы взяться могучей Ориноко? Где истоки Магдалены, или, как называли ее в те времена испанцы, Великой реки? И действительно, как не удивиться неуемной мощи этого потока, несущего свои воды в просторы Карибского моря. Не там ли, у далеких ее верховьев, таятся сказочные богатства, которых так и не удалось отыскать на Антильских островах?

И вот, наконец, ничейная земля приобретает хозяина. Им становится уже известный нам знаток этого края Родриго де Бастидас. В 1524 г. он подписывает с испанской короной договор на завоевание северных берегов Южной Америки.

Условия договора обязывали нового губернатора построить в тех местах крепость и поселить в ней 50 испанских колонистов. 15 из них должны были обосноваться там вместе со своими женами. Бастидас дал обещание привезти с собой 200 коров, 300 свиней, 25 лошадей. В 1525 г. близ устья Магдалены была заложена новая испанская колония из нескольких соломенных хижин, которую Бастидас назвал Санта-Мартой. Чтобы освоить окрестные земли, требовались люди. Бастидасу пришлось обратиться к тем солдатам, которые с пустым кошельком рыскали по антильским портам.

Пожалуй, выбирать было действительно не из кого. О тех, кого он нанял на Эспаньоле для осуществления своих планов, документы той эпохи красноречиво свидетельствуют: "Люди, отправленные на помощь южным провинциям, были бесполезны на острове... скандалы и бесчинства, каковые каждый день совершались ими, плодили лишь хаос и анархию, которые суть враги любого порядка".

Ну а последствия не заставили себя долго ждать. Прибыв к месту назначения, "помощники" первым делом пустились грабить. Правда, благоразумный и проницательный Бастидас со всей настойчивостью противился этому. Он не разрешал мародерствовать, запрещал наезды на селения индейцев, терпеливо разъяснял причину своей осторожной политики: смерть надвигается отовсюду - или мы умрем с голоду, или нас уничтожат индейцы, а мы им ненавистны.