Читаем На диете полностью

Кэтлин смотрела куда угодно, только не на дорогу. Все бы ничего, но она сидела за рулем. Битых полчаса мы крутились по кварталу, пытаясь куда-нибудь приткнуться. Тротуары и проезжую часть заполонили беспорядочные стада машин, брошенных прямо под знаком “Парковка запрещена”. Шампанское и икра дорожной полиции обеспечены. Мы уже в пятый раз проскакивали мимо магазина, но Кэтлин это, похоже, нисколько не смущало.

– Ни хрена ж себе! Ты только посмотри на нее.

– Хотя бы одна из нас должна следить за дорогой, – возразила я, но все-таки бросила взгляд на тротуар.

Зрелище того стоило – какая-то тетка с выбеленными космами, затянутая в душераздирающе-красную лайкру, вышагивала на десятисантиметровых шпильках.

– Да ей лет восемьдесят!

– Ох уж эти желтые фонари. Кому угодно накинут пятьдесят лет и тридцать килограммов. Знаешь, не исключено, что под ними и я покажусь несколько полноватой... Кэтлин!

Она внезапно крутанула руль и бросила машину в просвет в тесном ряду запаркованных авто. Мы подрезали “шевроле”, чудом не поцарапав сияющее лаком крыло.

– Приехали! – торжествующе объявила Кэтлин. – Знак судьбы. Не зря приехали. Экскурсия в “Секскурсию” спасет твой брак.

Бампер нашей машины задел мотоцикл, стоявший у самой кромки тротуара. Здоровый мужик, упакованный в проклепанную черную кожу, развернулся в нашу сторону.

– По-моему, нам лучше уйти, – пробормотала я, глядя, как Голиаф наливается бешенством. – Он явно не в настроении.

– Ерунда. – Цепким взглядом Кэтлин оценила состояние своего макияжа в зеркале заднего вида и швырнула мне ключи: – Запри, когда рискнешь вылезти. – И двинулась к мотоциклу.

Уличные зеваки, нутром почуявшие разборку, подтянулись к месту назревающей схватки. Пока я выбиралась наружу, Кэтлин уже склонилась над мотоциклом, преспокойно исследуя пострадавшее место. Байкер нависал над ней, уперев кулаки в бока. Кэтлин погладила серебристый металл и восхищенно протянула:

– Такие цилиндры поискать.

Злобная гримаса на лице байкера неожиданно перетекла в улыбку.

– Мотор сам перебирал?

Байкер присел на корточки возле двигателя и начал что-то долго объяснять Кэтлин. Одному черту ведомо, о чем они там беседовали, но байкерские заклепки щерились уже совсем не так зловеще. После увлеченного диалога, из которого я поняла лишь междометия, они обменялись визитками и пожали друг другу руки, как добрые друзья.

– Как ты утихомирила этого дикаря?

– Когда-то крутила любовь с одним байкером. Этот “харлей”, который я сейчас зацепила, потрясающая старая машина. Парень его по винтикам собирал. Хорошо, что дело ограничилось царапиной. Я совала деньги, но он и слышать не пожелал.

Мы двинулись к секс-шопу.

– Он владелец типографии и помешан на путешествиях. А у меня туристическое агентство, для которого то и дело требуется что-нибудь напечатать. Судьба. Никогда не угадаешь, где подвернется удачная сделка.

– Сделка? А мне показалось, ты готова прокатиться с этим парнем на его “харлее”.

– Было бы неплохо, но, насколько я разбираюсь в униформе, он не интересуется женщинами.

Витрина “Сэкскурсии” была оформлена вполне изысканно, видимо, чтобы не смущать умы воспитанников средней школы, прямо напротив которой располагался секс-шоп. Сексуальные извращенцы тоже могут быть вполне терпимыми соседями.

Разнокалиберные старинные склянки с разноцветными маслами и трогательные панталончики в кружевных рюшах воссоздавали чувственный, но внешне добропорядочный мирок дамского будуара. Я изучала экспозицию, оттягивая решающий момент, когда придется переступить порог магазина.

Прибрели две проститутки в кожаных шортиках и расположились в ярком свете витрины, принимая развязные позы и вполголоса обмениваясь кулинарными рецептами. Каким ветром меня сюда занесло? И какую статью я рассчитывала сочинить в секс-шопе?

– Мы с Сарой-Джейн ходили в школу мимо такого магазина.

– А внутрь заглядывали?

– Однажды, на спор. Заскочили, обежали зал и назад. То еще место, настоящая выгребная яма. Повсюду кассеты с подписанными от руки наклейками: “Порно”, “Крутое порно”, “Такое крутое порно, что дальше некуда”. Одна стена увешана журналами, и с каждой обложки лыбится голая баба, упираясь грудями прямо в объектив. А один парень из нашей школы потом шепнул нам, что при магазине будто бы имеется особая комната. Там в маленьких будках клиенты смотрят грязные фильмы и “кончают”. Так он выразился. Мы с Сарой-Джейн глубокомысленно покивали, хотя в те времена и понятия не имели, что это значит.

– Ясно. И это был твой первый и последний секс-шоп?

– Угу.

– Что ж, если видела один, считай, повидала и все остальные. Но давай все-таки заглянем, раз уж приехали.

– Похоже, пути назад нет.

– Да, вот еще что, держись подальше от мужиков в длинных плащах. А если начнут лапать, бей промеж ног без колебаний. Здесь такое в порядке вещей.

– Отлично. Всегда соблюдаю этот этикет.

– Я буду рядом. Безопасность обеспечу.

Больше всего меня беспокоило, что я выгляжу неуместно консервативно и за моей спиной вот-вот раздастся издевательский смех.