Читаем н'Ундарун полностью

Воздух вокруг неё задрожал; она подняла голову, и над ней заплясал ветер, дикая пляска вихря развевала её волосы.

Её глаза светились мерцающим сиянием. Она пугала и вызывала восхищение. Она была не просто красива, а ослепительно, ужасающе прекрасна. Её глаза, волосы, кожа — всё светилось такой силой, что у наблюдающего кружилась голова и подгибались колени.

Она не была сильна. Она была всемогуща.

Магов накрыло тёмной душной волной, сея в их душах покорность и смирение. Они поспешно отступили, преклоняя колени перед новой повелительницей.

Девушка удовлетворённо обернулась. Не осталось никого. Нет больше препятствий для того, чтобы изменить этот несовершенный мир.

Нет препятствий…

Рядом с ней взорвался сноп искр. Она резко развернулась.

Это он. Тот, из прошлой жизни. Он остался. Неужели думает воспрепятствовать ей? Помешать выполнить задуманное?

Глупец!

Она махнула в его сторону рукой — и его отбросило назад. Она кивнула: больше он не встанет.

Но она ошиблась. Он встал и вновь направился в её сторону.

Сумасшествие! Он не сможет справиться с ней! Она слишком сильна!

Она раздражённо мотнула головой — над ним рассыпались лучи, переплетаясь тонкими узорами, заключая его в клетку.

Он выкатился из-под световых прутьев, грозивших заточить его, оцарапав себе руки.

— Ты ничего не можешь сделать, Летия! — он покачал головой.

Что это? Почему её так волнуют его слова?

— Я не Летия! — закричала она ему в ответ. — Я — н'Ундарун!

— Нет, — он снова покачал головой. — Ты — Летия. Я знаю, что ты Летия, потому что я её люблю! Я люблю тебя! Слышишь? Я люблю тебя!

Она закрыла уши руками. Что это всё значит? Откуда взялась эта невероятная слабость?!

— Я тебя люблю, — снова отчётливо произнёс он.

Она запустила в него огромным огненным шаром, стараясь заставить его замолчать.

Он увернулся.

— Даже так, — крикнул Мизраэль. — Я всё равно тебя люблю!

Светящиеся клинки полетели со всех сторон. Один из них прошил его плащ, рассыпаясь водопадом острых искр; второй задел бедро.

Юноша ухватился за свежую рану, заставляя кровь остановиться.

— Я тебя люблю! — Мизраэль кричал изо всех сил.

— Хватит! — застонала она. — Я могу изменить этот мир! Я изменю этот мир! Избавлю его от несправедливости! От несовершенства! От неравенства! Я не добро и не зло. Я выше добра и зла. Я — сила! Ты не можешь мне воспрепятствовать!

— Могу и, клянусь, я сделаю это! — он медленно приближался к ней, и она не знала, что ей делать. — Я сделаю это ради тебя. Потому что я тебя люблю.

Он был совсем рядом. Она видела на его руках кровь. Его ничто не могло остановить. Она заглянула в его глаза — и её испугало то, что она там увидела.

Что-то такое огромное, необъятное, что по сравнению с ним всё вокруг померкло. Настолько сильное, что даже она не могла этому противиться. Судьба мира по сравнению с этим была ничтожна. Оно превращало жизнь в пустяк; перед лицом этого страх смерти становился смехотворным. Нечто непонятное, всеобъемлющее.

Святое.

Она сжалась, не понимая, как ей может быть это недоступно. Она всемогуща! Она может изменить мир, и никто не посмеет ей помешать! Никто — кроме него. Он и это непостижимо могущественное, чудовищное и прекрасное… чувство.

По её телу пробежала дрожь. Она поняла, что это. Она вспомнила.

Мокрая после дождя земля под ногами. Высокое небо в прорезях рваных туч. Дрожащий огонёк садящегося солнца…

Скамья. Холодный мрамор. Фонтан с журчанием воды. Резной лист плюща, переливающийся всеми цветами радуги.

Законы времени.

По её щекам побежали слёзы.

Она была побеждена его глазами, в которых полыхало до боли настоящее, живое чувство.

Она была побеждена.

— Мизраэль? — прошептала она.

Он притянул её к себе. Он знал, что нужно делать дальше. Ради этого мира. Ради неё.

Вокруг них мерцали синие бабочки. Сила быстро перетекала в него, наполняя светом каждую клеточку его тела. Он чувствовал невероятное могущество. Не было преград его силе. И он был способен на всё…

Ему вдруг показалось, что сила наполнила его, как вино наполнило бокал — до краёв. Её было так много, что он едва выдерживал — однако его губы всё так же настойчиво прижимались к её губам.

Он чувствовал, как кости плавятся внутри его тела, где, не находя выхода, бушевала сила. Её сила.

Кожа болела от напряжения, будто еле сдерживая рвущуюся наружу мощь. Внутри кружились смертоносные вихри. Он ощущал их дыхание. Казалось, от его тела расходятся мощные взрывные волны.

Он ещё держал её, из последних сил стараясь впитать как можно больше её силы.

Она слабела в его руках. У неё подгибались колени, кружилась голова.

Он отстранился.

Она вздрогнула и открыла глаза.

Он не мог…

Только не это!

Слияние Сил.

* * *

Она видела, как его тело сжимается, корчится в судорогах, пытаясь выдержать огромную силу, к которой было так непривычно.

Летия росла с этой силой. Пусть она была скрыта, но она находилась внутри неё.

Девушка успела привыкнуть к ней и теперь, когда её не стало, внутри была незаполненная пустота.

Но Мизраэль…

Его тело, его физическая оболочка — не выдержит.