Но счет пока 0:1, не в нашу пользу, но туда-сюда, когда все может быть. Саныч рискнул, выпустил Микроба, потом — нападающего Синяка, который играл хорошо, но быстро дох. Ага, как я и думал — укреплялась линия атаки. Правильно. Все равно проигрываем. И если матч закончится 0:1 или они нам еще пять напинают — так все равно ноль очков. А вот если получится сравнять счет — тогда совсем другое дело.

И нападающие рвали жилы, полузащитники тоже пытались пробиться вперед. Наши кидались за каждым мячом, из последних сил бросались в атаку, старались, обливались потом, никто не ленился…

И все равно ничего не выходило, потому что выше головы не прыгнешь — это если без шеста, а тот шест — я. И теперь еще Микроб, но судя по тому, что он чудес не творил, а играл средне, внутренний огонь Федор применять еще не научился.

В одну из таких смелых атак наши попали в ловушку. Не в офсайдную. В контратаку попали, примерно, как ферганцы, когда мы забили решающий гол.

Наши бежали вперед, когда мяч уже был потерян.

— Резкий поворот игры! — крикнул комментатор. — Пас через половину поля, двое в одного… Малышев открыт! Пас Малышеву! Удар! Го-ол!

И крупным планом — улыбающийся Тишков показывает «класс».

Ну, да. Красиво, четко, профессионально. Двое одного обязаны переигрывать, если они мастера. Вот — мастера.

Ноль-два, черт!

А потом торпедовцам осталось красиво перепасовываться, иногда выдергиваясь вперед, красиво лупить издали.

Хорошо бьют! В створ ворот чаще, чем мимо. Но и Васенцов молодец, вырос как профи, три мяча отбил, причем один раз — очень сложную крученку.

У наших же запал кончился. Очень непросто пытаться отыграться с сильным противником. Фиг тут отыграешься — чаще себе привезешь.

Но что интересно, трибуны не свистели, не полоскали наших. Потому что видно же: стараются «титаны». За какой-то год они все здорово прокачались. Просто сложно, перескочив на следующую ступеньку и чувствуя себя победителем, сталкиваться с теми, кто тебя матерее и опытнее. У нас же времени толком не было на прокачку, и соперника превосходящего не было.

Игра закончилась, и снова крупным планом — довольный Тишков жмет руку Сан Санычу, мимо проходит Погосян, смотрит злобно, на носу повисла капля пота.

Ничего, парни, уж продержитесь месяц, а там я вернусь, и будет проще. Но получится ли у них?

Глава 14. Слона-то я и не заметил!

Встречаться с динамовцами было волнительно, учитывая, как они меня встретили в прошлый раз. Ощущение, как когда собираешься в крокодиляриум, но не просто смотреть на рептилий, а плавать с крокодилами.

Ехать никуда не было нужно — перешел дорогу, и вот он спорткомплекс. Намного ближе, чем от нашей ведомственной квартиры до стадиона. Ну еще бы! «Динамо» играет в высшей лиге, а учитывая личную заинтересованность Горского, правительство не скупится на поощрения для футболистов.

Ковалев встречал меня у входа на стадион — в своем традиционном образе итальянского мафиози. А может, так он просто компенсирует недостаток роста.

Увидев меня, он помахал рукой, сделал приглашающий жест.

— Доброе утро, Александр!

— Доброе, — ответил я.

Начальник команды отчитался:

— В полдевятого у команды пятиминутка, но прежде с тобой хотел поговорить Максим Романович, чтобы ввести в курс дела. Ну и от себя предупреждаю: они на тебя злы.

Мы направились в тренерскую, по дороге Ковалев говорил:

— Форма и бутсы ждут тебя в раздевалке. Если ты в чем-то нуждаешься, сразу говори.

— Спасибо, все есть, — ответил я, а сам подумал, что, видимо, Ковалев меня считает блатным, потому заискивает.

Плохо, если меня начнет выделать Марокко — футболисты окрысятся. Впрочем, они и так окрысились: какой-то выскочка занял место их приятеля. Наверняка запасной вратарь очень расстроился, что не поедет в Великобританию.

Вспомнилась тренерская, где мы встречались с Марокко в прошлый раз — обычная, заваленная хламом, то ли кабинет, то ли маленький актовый зал. В этот раз мы шли в другое место.

В коридоре первого этажа сотрудники приветствовали Ковалева, причем радовались ему совершенно искренне, а футболисты не только демонстративно отворачивались, но и уходили, резко развернувшись.

Остановились мы напротив двери с табличкой «Костенко М. Р.». Начальник команды открыл дверь.

Кабинет преобразился. Если бы не многочисленные награды, загромоздившие полки и шкафы, можно было бы сказать, что здесь заседает большой начальник: кожаный диванчик и пара кресел под пальмой, журнальный столик. Из-за двери слева высунулась брюнетка средних лет в сером брючном костюме, с длинными волосами, собранными на затылке в хвост.

— Доброе утро, Карина, — улыбнулся Ковалев, набрал себе воды из кулера. — Вот, Александр Нерушимый собственной персоной.

Женщина подарила улыбку теперь уже мне.

— Максим Романович вас уже ждет, проходите, Александр.