Читаем Мысли широко полностью

когда-то узнал, беспокоило меня. Сохранялось довольно сильное предчувствие, что беда Сеймура не сведется к двум анев-ризмам, как бы серьезны они ни были. Я не мог отделаться от этого чувства: — Я считаю, что этому ребенку нужно сделать ангиографию и проверить сосуды мозга. — Вы действительно так думаете? — спросил один из врачей. — Не удивлюсь, если мы обнаружим, что у ребенка глубокая сосудистая аномалия, которая вызывает кровотечение. — Вы хотите сказать, что, скорее, что-то спровоцировало падение, и падение привело к кровотечению? Я кивнул: — Не могу сказать почему, но мне так кажется. После некоторого обсуждения они согласились с тем, что мое предположение может оказаться верным. Я попросил их сделать ангиографию. Одну гигантскую аневризму мы обнаружили у переднего основания черепа, где был один из сгустков. Вторую аневризму увидели в области височной доли (мы называем такую патологию «артериовенозный свищ»). Мне удалось прооперировать мальчика и сшить аневризмы. Сейчас ему пять лет, и он совершенно здоров. Я настаивал на его обследовании, потому что знал, где дол-жны образовываться травматические гематомы. Это знание давало мне уверенность и заставляло меня настаивать, несмотря на противодействие. Если бы я не настоял, гематомы, возможно, рассосались бы, и мальчик отправился бы домой до образования новых аневризмов. Случись это во второй раз, вряд ли ему повезло бы. Я не намекаю на то, что я умнее или проницательнее дру-гих докторов. Но эта история — пример того, как стремление к доскональному знанию вознаградило меня. С первого года учебы в Йельском университете я посвятил себя глубокому изучению программы. В медицинской школе я решил узнать о человеческом теле как можно больше, и, независимо от того,

какую часть организма мы изучали, я старался запомнить как можно больше. В акростихе для «Think Big» я расшифровываю I = IN-DEPTH LEARNING (доскональное изучение). Это означает узнавать о предмете все возможное. Учиться ради знания и понимания. А не ради того, чтобы сдать тест или экзамен на высокую оценку и произвести впечатление. Со мной училось много неглупых студентов, которые не могли получить хорошей оценки, потому что, как правило, не изучали материал глубоко. Они останавливались на легком обзоре и говорили: «А, я это все уже знаю!» Они не углубля-лись в предметы, не спрашивали: «Действительно ли я изучил этот материал?» или: «Как мне лучше всего учиться?» Мы все учимся по-разному. Например, одни прекрасно усваивают информацию через уши, другие — через глаза. Некоторые находят, что лучше всего усваивают, когда об-суждают тему с кем-то еще. Диалог оттачивает ум, заставляет размышлять, дает возможность услышать другие точки зрения. Третьи старательно учатся, запоминая механически, многократно повторяя и выполняя упражнения. У меня есть друзья, которые при изучении материала дол-жны выполнять какие-то действия, подтверждающие теорию. Сегодня мы называем это практическим обучением. Разумеется, наиболее дисциплинированные комбинируют все способы познания. Иногда я спрашиваю студентов: «Как вам лучше всего учиться? Какой прием для вас наиболее эффективен?» Обычно они этого не знают. Если это и про вас, вот некоторые советы. Вспомните, что вам давалось легче всего: — проведение научного эксперимента; — решение замысловатой задачи по алгебре; — нахождение главного в вопросе о холодной войне; — игра сложных пьес на фортепиано?