Читаем Мысли широко полностью

На протяжении всей жизни одаренные люди участвовали в моей судьбе и помогали мне возрастать из самых отстающих учеников до лучшего специалиста. Я бы ничего не смог без этих особенных людей. Эта глава об уникальных людях — о моих наставниках. Они сумели разглядеть во мне способности, о которых я сам и не догадывался. Также эта глава о людях, которые вдохновляли меня идти дальше, даже сами того не осознавая. Все они на-правляли меня на жизненном пути. Начну с Уильяма Джайка, моего учителя. Кроме того, что это был поистине замечательный человек, он первым из учителей признал мои умственные способности. Насколько я по-мню, мама всегда твердила мне: «Бен, ты умный мальчик». Но когда учитель сказал: «Это прекрасно!» и перед всем классом подчеркнул, что я ответил блестяще, это стало сильным толч-ком к переменам во мне. С той самой минуты на уроке естествознания, когда я рассказал про обсидиан, Уильям Джайк стал обращать на меня внимание. Возможно, он рассмотрел во мне искру таланта. Хотя я не уверен, что точно знаю причину, но он явно заин-тересовался мною. Я — мальчик без отца — пытался поднять свою успеваемость с самого низкого уровня и, наверное, охот-но отозвался бы на участие кого угодно. Мистер Джайк — мужчина внушительных размеров с таким же мощным, как он сам, голосом. Этот голос настойчиво вдохновлял и увлекал изучать природу. Чтобы сделать уроки более выразительными, мистер Джайк не просто показывал картин-ки. В его кабинете был почти зоопарк. Помню, в разное время я видел там и опоссума, и ласку, и мышей, и морских свинок, и разных птиц. Как-то раз он принес рыжего бельчонка, которого бросили хозяева. Мы назвали малыша Мейнардом и с удовольствием заботились о нем. Мистер Джайк водил нас на экскурсии. Однажды мы ходили на пруд неподалеку от школы и наблюдали за утками и рыба-ми. В другой раз рассматривали деревья и цветы в поле.

Особенно мне запомнилось, как весь пятый класс отправился на выставку цветов в центр Детройта. На том судьбоносном уроке он не только заметил меня и позаботился, чтобы весь класс оценил мое достижение, он сделал нечто большее, чего я никогда не забуду и за что я до сих пор ему благодарен. Прежде чем продолжать вести урок, он самым обыденным тоном сказал мне: «Почему бы тебе, Бенджамин, не заглянуть ко мне в класс после школы? Поговорим о кол-лекции камней». Уверен, что он понятия не имел, как повлияют на мою жизнь эти слова. С его помощью я начал собирать коллекцию кам-ней. Кроме того, он разрешил мне заниматься его животными и рыбками. (С особым удовольствием я вспоминаю, как играл с его раком.) Каждый раз он пробуждал мой интерес тем, что рассказывал что-нибудь новое. Скоро мистер Джайк позволил мне рассма-тривать в микроскоп простейшие организмы и микроскопиче-ские растения. Он любил науку и преподавал так, что его лю-бовь передалась и мне. Укрепилась моя любовь к науке благодаря Фрэнку Мак-Коттеру, учителю биологии в старших классах. Он — мой вто-рой наставник. Это был человек в очках среднего телосложе-ния. Наша первая встреча состоялась в девятом классе. Мистер Мак-Коттер вел биологию у моего брата Куртиса, и Куртис был выдающимся учеником. Поскольку брат был старше, шел впереди меня и учился на «отлично», я подумал, что теперь преподаватели будут ожидать от меня таких же успехов. Не могу сказать точно обо всех учителях, но достоверно знаю, что мистер Мак-Коттер твердо верил в мои большие природные способности. До самого окончания школы Куртис работал полдня лаборантом в школьной лаборатории. Когда я перешел в один-надцатый класс, в школе появилась вакансия, и мистер Мак-Коттер предложил мне работу Куртиса. Два следующих года я тоже был лаборантом в школьной научной лаборатории.