Читаем Мы не рабы полностью

- Здравствуй, Денис, - ответил я. - Что ж ты всех служак сюда собрал? А если кто-то из туристов наркоту провез?

- Все чисто, - быстро ответил юноша.

- А если кто-то собирается контрабандой кристаллы с рудника вывезти?

Перед глазами замигала оранжевая точка - Денис напрягся:

- Это серьезно, исполнитель?

В общем-то это не было моим делом. Но почему бы не помочь законной власти?

- Приглядитесь к толстому рыжему немцу, - посоветовал я. - Особенно поинтересуйтесь, нет ли у него контейнера-импланта в брюшной полости.

Почти неуловимый жест - и азиат с девушкой ушли.

- Спасибо, исполнитель, - сказал юноша. - Скажите, что нам грозит?

Я молчал. Мы никогда не отвечаем на такие вопросы.

- У нас самая обычная колония, - будто себя уговаривая, сказал сын мэра. - К Земле лояльны, общих законов придерживаемся... в целом.

Я ничего не сказал.

- Ас теми аборигенами... было не ясно, что они разумны, - продолжал юноша. - Да это и сейчас еще не до конца доказано! И виртуальный притон мы закрыли... как только директива с Земли пришла...

Что я мог ему сказать? Что эта колония - и впрямь не худшая из сотни мелких человеческих поселений. Что у них хотя бы не процветают изуверские культы, не практикуется рабство, к местным формам жизни относятся достаточно гуманно. Что я еще не вынес приговор, да и вряд ли он окажется суровым?

Нам запрещено отвечать на такие вопросы. Первое правило, которое я усвоил, с пяти лет обучаясь на экзекьютора: никаких дискуссий с подследственными. Ребенком я проверял школы, в возрасте этого паренька контролировал мелкие фирмы. И никогда, никогда не отвечал на вопросы.

- Ты уже вынес приговор, исполнитель? - спросил юноша.

Я повернулся и двинулся обратно.

- Что случается, если исполнитель гибнет? - Вопрос ударил в спину будто выстрел.

- Следующий экзекьютор учитывает этот факт. - Я обернулся. - Но нас не так-то легко убить.

Эмоциональный индикатор пульсировал багровым. Неужели на этой планете и впрямь творится что-то серьезное?

- Какое ты имеешь право судить? - выкрикнул юноша. - Двадцать лет колония была изолирована от Земли! Потом - тридцать лет без единого корабля! Вы наконец-то соизволили наладить транспорт - и первым делом прислали палача! Спасибо! Наконец-то прибыл палач, прибыл царь и бог, который вправе судить! Вот тут я счел себя вправе ответить:

- У меня нет этого права. Пока - нет. Но будет.

Мимо изрядно нервничающего негра, мимо второго, более спокойного агента я вышел из переулка. Что ж, разговор состоялся. Он обязан был состояться - в той или иной форме. Со мной мог встретиться сам мэр или местные криминальные заправилы... или представитель тех и других вроде этого честолюбивого паренька.

Мысленно я отметил: "Явная тенденция к наследованию власти". Это не большое преступление. Но все-таки.

С летающим транспортом на планете было плохо. "Левиафан" должен сгрузить полсотни легких флаеров, но пока весь планетный авиапарк состоял из старых, еще на колониальном баркасе привезенных шлюпок. Десяток машин находились в общественном пользовании, две или три - в личном. Еще пять служили в качестве такси.

Я не стал реквизировать общественный транспорт, а пошел и нанял последнюю тачку- четыре уже были арендованы японцами. Пилот прилагался рослая молодая женщина с чуть грубоватыми манерами.

- Жанна, - протягивая руку, сказала она. - Вас за пульт не, пущу, и не просите.

- Даже не подумаю, - пообещал я, пожимая крепкую ладонь. Управлять старой техникой нас учили, но куда спокойнее довериться местному пилоту.

Женщина чего-то ждала. Наверное, хотела, чтобы я представился.

- Полетели? - сказал я. - Времени очень мало.

- Странный вы, - пожимая плечами, ответила Жанна. - Я землян другими представляла.

- А много землян вы видели? - не удержался я.

- Телевидение уже тридцать лет работает. Земляне, они... - Жанна заколебалась.

- Веселые? Открытые? Симпатичные? Кампанейские? Женщина кивнула.

- Земляне разные, - сказал я.

Милая девушка из борделя ничего бы не поняла. А Жанне хватило нескольких секунд.

- Так вы передачи для колоний фильтруете? - воскликнула она. - Точно?

- Конечно. Гиперсвязь - дорогое удовольствие, зачем транслировать в колонию всякую ерунду?

Жанна захохотала и открыла дверцу кабины:

- Со мной сядете? Или в пассажирский салон?

- С вами, - устраиваясь в кресле второго пилота, сказал я. - Неудобно гонять такую махину ради одного пассажира?

- Вы же заплатили, - коротко ответила Жанна. - Других машин пока нет... Правда, что на "Левиафане" сотня флаеров?

- Полсотни.

- Все равно хорошо, - кивнула женщина. - Как хочется водить хорошую машину, а не этот утюг... А вы меня насмешили, да! Значит, земляне врут колонистам?

- Случается. Родители тоже не рассказывают детям о всех своих проблемах.

- Если так рассудить - то все верно, - согласилась Жанна. Опустила руки на пульт: торжественно, будто пианист на клавиатуру. Спросила: - Мы вам кажемся смешными? Дикими?

- Вовсе нет, - ответил я, не кривя душой. - У вас вполне процветающая колония. Вы даже способны торговать с метрополией. Хороший прирост населения, неплохая нравственность...