Иосиф Виссарионович обнял супругу. Он редко демонстрировал какую-то нежность. Но почему-то именно сейчас понял, что терять друзей, разочаровываться в них, это очень горько, но это такая цена за власть.

Глава двадцать пятая. Сны товарища Кольцова

Москва. Кремль. Кабинет товарища Сталина

11 июня 1932 года

Много работы у товарища Сталина. Нет, не правильно, у товарища Сталина очень много работы. А тут еще товарищ Кольцов подбрасывает товарищу Сталину порции новой головной боли! Регулярно подбрасывает, чёрт его подери! Иосиф Виссарионович внимательно вчитывался в еще один меморандум Кольцова, который касался дел на Дальнем Востоке, где совсем не так давно отгремел конфликт на КВЖД. Он бы послал все эти «сны» Миши Фридлянда к чёртовой бабушке, но… мешала карта. Та самая, которая показывала наличие полезных ископаемых на территории СССР. К карте были еще и предложения, от которых сложно было отмахнуться. Тем более, что партии геологов уже часть данных подтвердили. Во всяком случае, богатейшие золотые жилы в Узбекистане нашли, причем их можно будет добывать открытым способом, круглогодично, что намного эффективнее и выгоднее, чем разрабатывать те же сибирские месторождения. Уже сейчас сюда выдвигалась необходимая техника, решался вопрос с прокладыванием узкоколейки, потому что без железной дороги доставить необходимое для начала разработки количество грузов представлялось крайне сложной задачей. Две недели назад подтвердили наличие нефти в Поволжье. Самая сложная экспедиция отправилась за якутскими алмазами, но вчерашняя шифровка сообщила, что они всё-таки найдены. И это означало, что у Советского Союза появляются дополнительные возможности для торговли с другими странами. И что теперь делать? Как этот козырь перебить? И нужно ли перебивать? Ведь начав раскапывать подводные камни таких громких дел, как «Весна» и «Промпартия», Иосиф Виссарионович понял, в какую пропасть скатывалось государство. Немало помогла в этом работа наркомата государственного контроля. Тройка Мехлис-Землячка-Аллилуева оказалась на удивление эффективной. Во-первых, они никого не боялись, были преданы ему и делу партии, а поэтому выводы их были максимально объективны. Во-вторых Киров и Лакоба стали очень аккуратно чистить органы ОГПУ, арестованы были полтора десятка человек, которые были организаторами фальсификации дел «врагов народа». А почти пятьдесят человек просто вычищены из органов, как люди некомпетентные, что оказалось, хуже врага, эти честно творили черт его знает, что. Прокуратура СССР, только созданная, занималась пересмотром дел и реабилитацией невинно осужденных.

Он отвлекся от работы с рукописью Кольцова, попросил чаю, и пока подкреплялся, успел многое обдумать. С новыми силами сел за работу, подчеркнул пару интересных моментов, затем открыл присланную Разведупром РККА справку, которую составлял Свечин. Сопоставил оба документа. Несомненно, тут были некоторые совпадения. Интересно, это был результат встречи Кольцова с военспецом? Скорее всего, наш журналист всё-таки почерпнул какие-то идеи бывшего генерала. Впрочем, у него на столе были еще несколько документов, один из которых был составлен тем же Свечиным. Это был анализ деятельности Тухачевского во время Гражданской войны, особенно в Польскую кампанию. Отчёт был разгромным, по своим деталям и по своей характеристике этого военного деятеля. Что это, сведение счетов или что-то другое? Посмотри… Пару дней назад ему прислали подобный анализ. Составил его один из бывших работников Генерального штаба Германской империи, находящийся в отставке, но известный своей дотошностью и профессионализмом. Не Гинденбург, но тоже личность более чем известная. Он получил солидный гонорар от подставной организации, который очень тщательно отработал. Его анализ был обширнее записки Свечина, но выводы, столь же неутешительные для Тухачевского были налицо. И они оказались еще более жесткие, чем у отечественного специалиста. Опубликовать эти два документа или нет? Сталин решил не спешить. В любом случае, должность заместителя наркомвоенмора Тухачевскому не светит. Нельзя так неосторожно усиливать группу его единомышленников. Но вот что делать с Японией? Ее агрессия и захват Маньчжурии ставили под вопрос безопасность восточных рубежей нашей Родины.

В кабинет вошёл Поскрёбышев.

— Александр Николаевич, запланируйте на восемнадцатое совещание по поводу дел на Дальнем Востоке. Молотов, Ворошилов, Шапошников, Киров, Бергавинов[19], Блюхер, Дерибас[20].

— Будет сделано.

— На сколько сегодня запланирован товарищ Молотов?

— Через сорок минут будет тут.

— Хорошо. Сразу же его приглашайте. И вызовите на половину десятого ко мне товарища Аралова.