Читаем Музыкантша полностью

Игорек сел за руль и вернулся на исходную позицию — ждать Анжелу. Она вышла, окружённая толпами с большим букетом цветов в руках. Игорек посигналил ей. Анжела открыла заднюю дверцу и села, бросив рядом букет. Машина плавно тронулась и поехала, быстро набирая скорость. Анжела задумалась и задремала. Когда очнулась, за окнами быстро пробегали деревья. Она слегка запаниковала.

— Куда мы едем? Мне в гостиницу нужно, вещи забрать. Вас что, не предупредили?

— Не-а. Я думал сразу в аэропорт. Да ладно, не переживайте, мы не далеко уехали. Сейчас развернёмся и обратно. — Машина сбросила скорость и начала тормозить. — Обождите секунду, в лес сбегаю. Я пока вас ждал, бутылочку колы выпил… — машина остановилась, и, к огромному изумлению Анжелы, задние двери с обеих сторон открылись, и два мужика зажали её между собой.

Она открыла рот спросить, что всё это значит, но один из них быстро воткнул ей в руку шприц. Тёплая волна прошлась по телу Анжелы, всё расплылось перед глазами и последнее, что она смогла уловить затухающим сознанием, был шум работающего мотора отъезжающей куда-то машины.

Очнулась Анжела уже в кровати. Кровать была просторной и мягкой, застеленной чем-то вроде перины. Лежать на ней было приятно и удобно, и Анжела снова закрыла глаза. В голове шумело, и ей трудно было сосредоточиться. Она пошевелила руками и ногами — всё было цело и невредимо, нигде ничего не болело. В первый момент ей даже показалось, что её всё-таки привезли в гостиницу, а то, что случилось в пути, было просто дурацким розыгрышем не в меру предприимчивых фанатов. Может, кому-то захотелось взять на память её трусики? Анжела опустила руку под платье — трусики были на месте. Она коснулась рукой шеи — колье тоже здесь. Всё это было более чем странно. Анжела с трудом встала и подошла к окну. Подёргала ручку. Окно было закрыто. Анжела посмотрела на улицу — за окном до горизонта простирался девственный лес. Из-за балкона не было видно того, что находится внизу, но место было Анжеле не знакомо. Она подошла к двери и так же подёргала ручку. Дверь стояла словно скала. Анжела побарабанила в неё кулаком, но ответа не последовало. Она осмотрела комнату. Обстановка былаявно очень дорогой. Кто-то не поскупился на расходы. Мебель была добротная, из массива дерева, бревенчатые стены украшены картинами и коврами. На туалетном столике напротив кровати стояло роскошное зеркало и кувшин для умывания. Анжела сполоснула лицо водой. Хотелось пить. Она ещё раз побарабанила в дверь, на этот раз для верности постучав в неё ногой. От удивления она не смогла даже испугаться как следует, гадая что случилось и зачем её сюда привезли? На это раз её зов был услышан. Дверь распахнулась, как по мановению волшебной палочки, и вошёл человек в домашнем халате. Ему было, вероятно, около шестидесяти лет, ухоженный, от него за версту несло дорогим парфюмом. Он закрыл дверь за собой на ключ, который положил в карман халата.

— Кто вы такой? — Анжела в упор рассматривала мужчину.

— Не спешите, дорогая. Вы — моя гостья. Вам, кстати, удобно спалось?

— Вполне. Только я не гостья, а скорее пленница.

— Названия не имеют значения. Всё это лишь слова, не более того.

— Оставим философию. Кто вы такой и почему я здесь?

— Вы здесь, моя дорогая, потому что я так захотел. Разрешите представиться — Альберт Львович. Фамилия моя вам ни к чему, она всё равно вам ничего не скажет. Вы можете не представляться, милая Анжелочка, вас знают все, кто хоть сколько-нибудь знаком с серьёзной музыкой. Признаться, очарован и покорён. Вчера имел счастье посетить ваш концерт. Браво! Божественная игра, даже я бы сказал — Дьявольская. У вас огромный талант, милочка, поздравляю!

— Я польщена, но это не отвечает на вопрос — зачем я здесь?

— Может, я так проникся вашей игрой, что не смог сдержать напора чувств и похитил вас?

— Не несите чушь! Похищение людей это преступление, и вам это должно быть прекрасно известно.

— Мне это известно, не нужно меня просвещать. В вопросах нашего законодательства мне известно очень и очень много. Ну, не будем вдаваться в ненужные подробности. Конечно, вы правы, и есть кое-что из-за чего вы сейчас здесь. Вы тут давеча могилки посещали на нашем кладбище. Убиенных Фёдоровых.

— Ну и что? Это запрещено?

— Да нет. Лично я уважение к покойникам только приветствую. Тем более, несправедливо замученных. Так вот, вы вроде родственницей их назвались, дальней. Это действительно так?

— Предположим, что так.

— Ну, если так, тогда слушайте, уважаемая родственница — этот ваш, с позволения сказать, ныне покойный родственник похитил у меня одну вещь, которую я вот уже почти двадцать лет не могу найти. Эта вещь мне очень дорога. Вы случайно не в курсе, где она может быть?

— Нет. Я совершенно не в курсе, простите. К тому же, если вы в состоянии сложить дважды два, то должны понимать, что когда они погибли, я была ещё ребёнком. И потом, надо признаться, что они мне совсем не родственники, это я просто сболтнула первое, что пришло в голову, чтобы сторож могилу показал.