Читаем Музыкантша полностью

— Когда ты так говоришь, Ангел, мне начинает казаться, что и ты сошла с ума. Что ты так беспокоишься об этом дебиле? И потом, что это за неуместная патетика? Что за высокие слова? Тебя послушать, так твоего дебила нужно канонизировать. Прямо святой, не иначе! Смотри на вещи проще. Не всё так сложно, уверяю тебя.

— Может быть, может быть и я сошла с ума… И прекрати называть его дебилом!

— А ты прекрати казнить себя и винить в его смерти. Он всё равно бы долго не протянул.

— Тебе-то откуда это известно? Ты случайно не Господь Бог?

— Такие долго не живут. И потом, как бы ты иначе смогла сделать карьеру? Даже, если он и пожертвовал своей никчёмной жизнью, это ничего не значит. Ты ничего ему не должна.

— Хватит об этом. Я не хочу больше это обсуждать.

— И то правда, чего я завёлся? Кстати, Ангел, ты сейчас зарабатываешь кучу денег, могла бы квартирку и получше присмотреть. Или тоже воспоминания не пускают?

— Ты прав. Не пускают. Но это снова не для твоих ушей.

— Хорошо, замнём для ясности. Мне надоело ссориться. Давай сходим куда-нибудь. Я проголодался.

— Я не хочу есть. Я, пожалуй, лягу. Устала…

— Как хочешь. — Молодой человек обиженно пожал плечами. — Я тогда пойду. Послезавтра у нас гастроли, и я, как твой директор, настаиваю чтобы ты хорошенько отдохнула. Выбрось из головы все мрачные воспоминания и думай о нашем будущем.

— Я постараюсь. Иди, Макс. Завтра мне не звони, я хочу побыть одна, мне нужно настроиться.

— Желание звёзды — закон. Я заеду послезавтра. Отвезу тебя в аэропорт.

— Ты не едешь?

— В этот раз нет. Несколько срочных дел накопилось. Надо разгрести. Там большая куча денег. Нам с тобой к свадьбе не помешает.

— Тогда до скорого.

— Бывай.

Анжела проводила Макса до двери и закрыла её за ним. Зачем она выходит за него замуж? Зачем она разоткровенничалась с ним про Вовочку? Выплеснула свою непрекращающуюся боль, а он только посмеялся. Не хочешь, чтобы тебе плевали в душу, не раскрывай её. Заранее было понятно, что он не способен её понять, но вырвалось, сказалось… Идиотка. Ну да ладно, впредь она постарается держать рот на замке. Анжела зябко поёжилась. На улице жара, а ей холодно… Правду Макс сказал, она сумасшедшая.

Анжела сварила себе кофе, добавила молока и задумчиво помешивала его ложкой. Сумасшедшая… Говорят, она божественно играет… Люди на её концертах сходят с ума… впадают в экстаз… Разве могла бы она играть так, если бы была нормальной? Сейчас уже ничего не изменишь, даже если бы ей и хотелось. Анжела выпила кофе и легла в кровать. Завтра она решила сходить на кладбище, к Вовочке и Раисе.

На кладбище было тихо. Дул лёгкий ветерок, пели птицы. Анжела подошла к могилам Вовочки и Раисы и села на скамейку. Она заказала Вовочке самый дорогой памятник, который смогла найти тогда, из чёрного мрамора, с тонкими белыми прожилками. На памятнике был выбит портрет, и Анжела долго смотрела на него. Что бы, интересно, он сказал, если бы у неё появился муж? Как бы он вынес это? Макс говорит, хорошо, что он умер вовремя… Странное словосочетание — умереть вовремя… как-то дико звучит. Разве возможно умереть вовремя? Анжела погладила фото на памятнике. «Он плакал, когда я играла ему, — подумалось ей, — а разве Макс стал бы рыдать? Он думает только об одном — как бы заработать побольше денег. Хотя зачем ему так много денег? Что он будет с ними делать? Покупать недвижимость, машины? Смешной человек… а ещё мнит себя нормальным. Хорошо, что он не поедет со мной». Анжела положила на могилы по букету цветов, которые принесла с собой — Вовочке белые лилии, а Раисе — красные розы, и медленно пошла прочь с кладбища.

В самолётном кресле Анжела сидела, закрыв глаза. Ей овладело странное пограничное состояние, то ли сон, то ли явь. Она ощущала вибрацию самолёта, слышала мерный рокот моторов, но в то же время чьи-то полустёртые образы теснились вокруг неё, мешая полностью отключиться. Когда самолёт приземлился, Анжела почувствовала себя разбитой и измученной.