Читаем Муж поневоле полностью

А затем произошло то, чего я ожидал с тревогой и волнением. К страже начали присоединяться султанские маги. И что самое плохое, действовали они из-за рядов засевшей за забором стражи, не попадая в поле антимагии, которое я планировал использовать.

Огненные стены зашипели и резко опали, когда какой-то водник подорвал прямо над ними несколько водяных зарядов. Следом пролетела парочка шаровых молний, но не слишком точно, всё-таки расстояние было приличным. Хорошо ёщё, они не применяли площадных заклинаний, боясь зацепить своих воинов.

Постепенно обстрел заклинаниями всё усиливался и я с тревогой поглядывал на копящиеся перед атакой силы султанской стражи. Уже сейчас обстрел был такой, что высовываться было смерти подобно, и даже Калим залег где-то, не имея возможности установить последние заряды.

Судя по всему, с минуты на минуту, должен был начаться штурм. От постоянно взрывающихся стихийных зарядов, я почти оглох, лицо и руки посекло каменными осколками шрапнелью свистящими в воздухе после каждого взрыва.

Страха не было. Наверное просто потому, что бояться просто было некогда. Только холодная готовность, и застывшее на губах проклятье, самое убойное из того что было мне доступно, которым я собирался угостить первые ряды нападавших.

Но вдруг плотность огня резко схлынула, а в рядах врага возникло какое-то замешательство.

Рискнув выглянуть сильнее, я внезапно увидел, как за спинами стражи мелькают воины в облачении армейских частей, а затем многоголосый яростный хор завопил, — Смерть магам!

Всем резко стало не до нас. Армейцы, возможно те же самые, что мы встретили в гарнизоне, по крайней мере клич был тот же, обрушились на не ожидавших подобного султанских магов. Маги, кое как оправившись от первого шока, ударили в ответ, не разбирая где-кто и спешно покидая поле боя. Ну а стража… Стража резко огрёбшая сразу ото всех, растеряв всяческий боевой дух, просто разбежалась кто куда.

— Калим! — поднял я криком подчиненного, стремясь воспользоваться спасительной передышкой.

А затем последние заряды были установлены, протянут провод с простейшей взрывмашинкой, и с силой навалившись на поднятую рукоятку, Калим резко опустил ту, инициируя подрыв.

Взрывник из Калима и вправду оказался опытный, не знаю уж, где он в погранцах этого поднабрался, но стены склепа разнесло буквально в пыль, обрушив крышу. Обереги тоже должно было уничтожить, однако, подбежав к уцелевшему проёму, с ведущими в темноту ступенями, я всё-равно застыл с стучащим от волнения сердцем. Но когда из темноты один за одним начали подыматься мёртвые комиссары, выходя и выстраиваясь в две ровные шеренги, меня отпустило и заулыбавшись радостно и одновременно зло, я обернулся к огненному зареву то там, то здесь вспыхивающему над ночным городом и воздев саблю в руке, испустил дикий идущий из самой середины груди вопль, одновременно яростный и в тоже время торжествующий, а затем, махнув саблей, повел за собой закованных в доспехи мертвецов туда, где маячил на возвышении дворец султана и особенно дворцовая башня, в которой томилась моя жена.

* * *

Последний из четырех магистров-заговорщиков, ещё только подходил к казарме городского гарнизона, как почувствовал резко возникший антимагический барьер. Осторожно заглянул в окно, но увидев, как под мечами разъяренных солдат падают его менее удачливые коллеги, поспешно отошел назад, развернулся и еле сдерживаясь чтобы вприпрыжку не броситься прочь, покинул зону антимагии и уже оттуда поспешно телепортировался в своё хорошо укреплённое и защищённое поместье.

— Чёртовы имперцы, — пробормотал сжимая в бессилие кулаки, — не врали соглядаи, что тут инквизиция вовсю работает. Успели вперед нас перевербовать гарнизон. И что теперь? — он посмотрел в окно, и завидев разгорающееся в городе пламя, понял, что чёртовы имперцы не остановились на достигнутом, а продолжают захватывать город силами подкупленных ими частей.

— Султану конец, — чувствуя пустоту внутри, пробормотал маг. Словно забыв, что они планировали то же самое.

А ёщё через полчаса в резиденцию прибыло и несколько его учеников и вассалов, израненных и страшно напуганных событиями в городе. И тогда он принял решение уходить как можно дальше. Прочь из потерянного для всех султаната и подальше от империи. Вероятнее всего к эльфам. Он всё-таки магистр, ему в политическом убежище отказать были не должны.

* * *

За дверью послышалась короткая возня, а затем слегка приглушенный, но такой знакомый голос спросил, — Ниике, ты там?

— Да, Паша! — тревожно наблюдавшая в окно за начавшимися в разных концах столицы пожарами, девушка бросилась к входу в башню.

— Отойди к стене, сейчас выбью.

Она тут же отбежала в сторону и снесённая молодецким ударом дубовая дверь, пролетев полкомнаты, проскрежетала всеми железными частями по полу.

Вбежавший в покои Ширяев, чуть пошатнулся от прыгнувшей к нему в объятия жены, и крепко поцеловав, спросил, — Ну что, пойдем отсюда?

— Пойдём, — счастливо улыбнулась та.