Главное управление инквизиции

— Да говорю же, это он!

— Да не может этого быть!

— А я думаю — может!

Шум, стоявший в зале для заседаний, перекрыл только громкий хлопок дверью, с которым в помещение вошёл великий инквизитор. Остальные присутствующие тут же приумолкли, а правая рука великого, брат Дизариус, неторопливо поднялся со своего места и объявил:

— Братья мои, пока точных сведений о причинах произошедшего нет, но одно мы знаем наверняка: Гардункар, оплот гномов, уничтожен. Выжило не более пяти процентов от всей популяции, в основном — торговые представители, находившиеся в момент взрыва вне горы, и уже можно говорить о полном уничтожении расы гномов как таковых. От подобной потери они не оправятся.

— А это точно сделал Ширяев? — выкрикнул кто-то с места.

— Как я и сказал, нам пока неизвестно доподлинно как о причинах взрыва, так и о присутствии там инквизитора Ширяева. Но да, в настоящий момент он работает на территории султаната, пусть и не имеет возможности выйти на связь. В целях конспирации ему предоставлена возможность полной свободы действий без контроля со стороны инквизиции.

— А это не опасно? — спросил ещё кто-то.

— Опасно, — согласился брат Дизариус, — но не для нас.

Глава 15

Первая ночь, после того как покинули Салис, прошла без происшествий, хоть я и напрягался, что за нами кто-нибудь да увяжется, но всё прошло тихо и охранный периметр никто не потревожил, дав нам спокойно выспаться.

Уважительно похмыкав от моих мер безопасности, Иквус почесал репу и добавил парочку своих плетений, что-то фирменное, похоже, потому что школу магии я не опознал. Затем место где устроил себе лежанку, он накрыл каким-то бликующим куполом, и, отвернувшись, изволил спокойно дрыхнуть. Потыкав в отозвавшееся упругой вибрацией поле теперь уже позавидовал я, вынужденный сооружать защитный купол из уплотненного до состояния камня песка.

Вымотавшись за последние сутки, в полном молчании перекусив, все рухнули спать без задних ног, без традиционных посиделок у костра, но памятку, узнать у Иквуса про защитные поля, я поставил, это было явно проще моих извратов да и элегантнее, пожалуй.

На следующее утро, оперативно собравшись, мы продолжили путь. Вот только не прошло и часа, как следящий за окрестностями Калим, притормозил и произнес, заставив нахмуриться, — Нас кто-то нагоняет.

Первым моим порывом было скомандовать галоп, чтобы оторваться от возможных преследователей, но с нами был Иквус, опытный боевой маг, и я решил погодить, сначала оценив степень опасности.

Остановившись на очередном бархане, мы принялись внимательно наблюдать за мелькающей на горизонте точкой, что постепенно росла, в конце превратившись в девушку, что отчаянно загоняла верблюда, спеша в нашу сторону.

Вот только спустя некоторое время мы поняли, что она не одна, и где-то в километре от неё, тянется с десяток преследователей, упорно нагоняющий незнакомку.

Когда шатающийся, роняющий пену на песок верблюд добрался до нас, я узнал в испугано прижавшейся к верблюжей шее незнакомке ту вчерашнюю дочку торговца, что так настойчиво пытался её нам впихнуть.\

Подавшись к ней, я перехватил поводья, заставляя верблюда остановиться, а девица, срывающимся голосом испугано запричитала, — Прошу, молю, спасите! Они убили весь обоз, только мне удалось вырваться. — Она всхлипнула, а на глазах появились слёзы, — всех зарубили, даже тетушку Мириам…

— Спасем, — решительно произнес я, поворачиваясь к приблизившимся на пару сотен метров налетчикам. Активировав амулет, выстрелил им навстречу предупредительным огненным шаром, заставив притормозить, а затем поднял прямо между нами огненную стену, заставив песок потечь стеклом.

Когда пламя опало, мы увидели только спины поспешно удаляющихся всадников, не решившихся вступать в бой с магом.

— Спасибо, спасибо, спасибо… — затараторила девушка, — эфенди, вы мой спаситель, — а затем, охнув и как-то обмякнув, начала медленно заваливаться с верблюда, грозя рухнуть на песок.

Соскочив первым, я успел подхватить легкое, показавшееся почти невесомым, тело на руки.

— Простите, эфенди, — слабо произнесла та, — это нападение, и они так долго преследовали меня, что я совсем лишилась сил.

— Как тебя зовут?

— Лалия, господин, — ответила устало девушка, положив голову мне на плечо.

— Не бойся, теперь тебе ничего не грозит. — На что она только благодарно улыбнулась и ответила, смеживая веки, — С вами я спокойна, господин.

Так в нашем отряде оказалась ещё одна девушка — Лалия, дочка торговца, единственная выжившая из подвергшегося нападению, каравана.

* * *

— С ней не всё чисто, — улучив момент, когда остальные чуть подотстали, произнес Калим, без особого восторга воспринявший временное пополнение в лице двадцатилетней красотки. Что девушка весьма хороша собой, выяснилось на следующем привале, когда она скинула закрывающую лицо ткань. А что ей двадцать я узнал в ходе непродолжительной беседы по душам.

— Что именно? — уточнил я.

— Она не настолько слаба и беспомощна, как пытается показать.