Читаем Муза полностью

"Что за чертовщина...?"

Уговаривать и наслаждаться кульминацией человека - обычное дело. Я делала это тысячу раз, но пока я доводил Коула Мэтисона до разрядки, в которой он отчаянно нуждался, во мне росло тревожное чувство. Нежелательные эмоции словно пытались пробудиться от трехсотлетней спячки.

"Ерунда", - заявляю я и иду быстрее. "Он привлекателен. В этом нет никакого скандала".

За исключением того, что на протяжении веков я встречался с бесчисленным количеством других людей, которые были гораздо более условно красивыми. Коул был привлекателен, безусловно, с его притягательными глазами, которые были самого темного оттенка коричневого. Почти черные. Острые от интеллекта и в то же время мягкие, отражающие его артистическое сердце. Широкий рот, широкие плечи. Его непокорная копна каштановых волос, отливающих золотом, так и просилась в мои пальцы, чтобы я сжал их в кулак, пока я прижимался губами к его губам...

"Я не целуюсь с людьми", - сказал я ночью.

Это было жесткое и быстрое правило. Мое единственное правило, когда дело касалось того, что я могу сделать или чтобы сделали со мной. Но приоткрытые губы Коула начали распутывать меня. Мой контроль начал ослабевать, и вместо того, чтобы наблюдать плоды своего труда - самый приятный момент - я выскользнул через щель в окне, оставив себя ненасытным. Голодным.

Желающим.

"Нет. Невозможно".

Я поднимаюсь в воздух и роем лечу в свою квартиру в Челси. Для этого я оставляю окна открытыми и врываюсь в свою спальню. Новое проклятие срывается с моих губ, когда я превращаюсь в человека.

Демон...

Я чувствую ее запах. Огонь и корица, возбуждение и опасность, кровь и секс.

"Сахар, пряности и все развратное", - бормочу я, выходя в гостиную - мою гостиную - и вижу Эйшет, Разрушительницу мужчин и вторую команду Асмодея, распростертую на моем диване.

Суккуба вся в черных кружевах, ее черные волосы струятся между крыльями летучей мыши, как шелк. Она не столько лежит на моем диване, сколько перекидывается через него длинными, вялыми конечностями. Кроваво-красные ногти лениво скользят по ее обнаженному, бескровному бедру. От меня не ускользает, что она в своей демонической форме, а я нет. Я слаб в этой человеческой оболочке, и она это знает.

"Эйшет", - говорю я спокойно. "Это неожиданно".

И зловеще.

"Амбри, дорогой. Прошло слишком много времени".

Я наклоняюсь, чтобы мы могли поцеловаться в щеки, а затем быстро удаляюсь из ее пространства. В эти несколько коротких мгновений я чувствую, как она ползает в моем сознании, ищет...

"Бренди?"

"Пожалуйста".

Я наполняю два бокала из хрустального графина и протягиваю один ей, прежде чем сесть на стул напротив.

"Что привело тебя на эту сторону?"

Ее красные губы растягиваются в улыбке, от которой у меня зудит кожа. "Не прикидывайся дураком. Асмодей - не терпеливый субъект, и я тоже".

"Все по делу, да? Жаль."

"Мы можем сначала развлечься, если хочешь". Она слегка раздвигает бедра. "Ради старых времен?"

Я ухмыляюсь над краем своего бокала. "Мы бы сожгли город дотла".

"Разве не так?" Ее идеальные брови изгибаются дугой. "Я удивлена, что ты в Лондоне. Возвращаетесь на место преступления дорогого дяди?"

"Мы не обсуждаем наши человеческие травмы, голубка. Это невежливо".

"Наши человеческие травмы делают нас такими, какие мы есть", - говорит она со смехом. "Но, правда, ты сказал мне, что покончил с Британией".

"Ты знаешь, почему я здесь".

"Знаю". Она ставит бокал на мой журнальный столик в стиле Людовика XVI. "Наш темный лорд хочет получить отчет о проделанной работе".

"Уже?" спросил я, нахмурившись, чтобы скрыть свое беспокойство. "Я только начал".

"Он не доверяет тебе, дорогой. Потери Кассиэля и Астарота не маловажны". Она внезапно садится, ее черные-пречерные глаза вспыхивают. "Скажи мне честно, Амбри. Между нами говоря, это ты послал старика на верную смерть?"

Как будто я мог ей в чем-то признаться. Как будто это останется между мной и ею...

"Это то, что они говорят?"

"Все говорят, что ты помог человеческой девушке вызвать его. А у той человеческой девушки был ангел-хранитель..."

"А что мне оставалось делать? С ангелами не стоит шутить", - напомнил я ей. "Каждый должен помнить об этом".

Эйшет откидывается назад и потягивает свой напиток. "Мне не нравится быть здесь по делу, Амбри, когда ты так прекрасно создан для удовольствия. Но у меня нет выбора. Ты медленно подчиняешься приказам Асмодея..."

"Медленно?" хмыкнул я. "Сначала я пытался запугать человека до безумия, показывая ему себя. Он оказался более стойким..."

Коул был храбрым. Он держался так долго, как только мог.

"Поэтому я вернулся сегодня вечером, чтобы узнать о нем больше. Оценить его способности".

"И поиграть с ним?"

"Можешь ли ты, как никто другой, винить меня?"

"Нет, но все, что меньше, чем быстрое и полное уничтожение человека, заставляет Асмодея подозревать твои мотивы. В конце концов, это должно быть простое дело. Близнецы готовили твою цель несколько месяцев".

Я пробормотал проклятие. "Я должен был знать".