Читаем Мургаш полностью

Наш старый друг и товарищ о чем-то разговаривал со своим заказчиком. Мы разглядывали витрины, дожидаясь, когда человек уйдет. Наконец дверь за ним захлопнулась.

— Что вам угодно?

Я медленно повернулся к Сотиру:

— Здравствуй, друг! Узнаешь?

Сотир бросился нас обнимать:

— Добри, Желязко… Вот так встреча! Сейчас закрою лавку. И пойдем. Сколько же лет мы не виделись! Добри, ты ли это?..

Я уже так отвык от имени Добри! Мне просто казалось, что оно не мое.

— Да, ты знаешь, Лена в Бабице.

— А Фиданка где?

— У себя дома.

— Нельзя ли ее попросить позвать Лену?

— Конечно можно.

Эту ночь мы провели у Сотира, а на следующее утро Фиданка отправилась в Бабицу. Мы условились, что Лена придет в дом бай Петко и там будет ждать меня. В этот же день я встретился с Христо Русковым, который отвел меня в один из домиков на улице Слатинский редут, где я должен был прожить до начала совещания.

Вскоре Христо связал меня с Янко. Мы не виделись около трех месяцев. Все это время Янко руководил действиями бригады.

— Немного уже осталось, Лазар. Самое большое — два месяца! Только работы сейчас стало в десять раз больше. У нас впереди теперь уже не отдельные операции, а генеральное сражение за власть. Снова придется менять тактику…

Мы вошли в уютный домик. Хозяйка приветливо улыбнулась и предложила мне сесть, а сама с Янко вышла в соседнюю комнату.

Я огляделся. Две этажерки с книгами. Я подошел и начал их разглядывать. В это время дверь отворилась и вошла хозяйка с Янко.

— Лазар, это вот доктор. Она тебя осмотрит, — сказал Янко.

Доктор Мара Малеева долго ощупывала мою руку (позже я узнал, что это жена Янко). Я с тревогой смотрел на нее. Приговор врача иногда бывает тяжелее судебного.

— Что ж, небольшая атрофия, но это не страшно. Надо каждый день делать массаж. Вот так.

— А пока будешь стрелять левой рукой, — добавил Янко.

3

Совещание началось вечером. На нем присутствовало человек семь. Докладывали Янко и Асен (Георгий Чанков).

Главным документом, который обсуждался на нашем совещании, был приказ № 5 Главного штаба Народно-освободительной повстанческой армии.

Он гласил: