Читаем Муравьиный Царь полностью

На площадке перед домом стояла группа людей. Тут были профессор Нотгорн в своем настоящем стариковском обличье (весь заклеенный пластырями), перепутанная Нагда, Пуара, врач в белом халате и двое дюжих санитаров. На носилках покоилось неподвижное тело — тело аба Бернада. Лицо было землистого цвета, глаза закрыты. Лишь могучая грудь чуть заметно колыхалась. «Жив еще, не убили!» — радостно отметил про себя аб и торопливо перевел взгляд на жену. Ведрис Пуара горько плакала и все порывалась к носилкам. Нотгорн и врач сдерживали ее, вполголоса уговаривая и утешая.

— Я не верю вам, не верю! Вы погубили его! Совсем недавно он был здоровый и веселый! Я сама его видела! И вот ведрис Нагда тоже видела! Вы отравили его!.. О, мой муж, мой бедный муж, зачем ты ходил в этот проклятый дом?!.

Профессор гудел, как надтреснутый колокол:

— Успокойтесь, ведрис, и не говорите вздор! У вашего мужа обыкновенный нервный шок. От переутомления! Две недели психиатрической лечебницы, строгая диета, ежедневный электромассаж — и он снова будет здоров! Сейчас я дал ему снотворное, чтобы он не буйствовал и не повредил себе. Ему нужен полный покой и тщательный уход! Дайте же его увезти, не задерживайте доктора!

Ведрис Пуара еще что-то возражала, обливаясь слезами, но в конце концов позволила санитарам взяться за носилки и унести их в машину с красным крестом, которая стояла на дороге перед домом. Сама она тоже села в нее, не спуская глаз со своего несчастного мужа. Врач почтительно простился с Нотгорном и занял место рядом с пациентом. Хлопнули дверцы, взревел мотор, и машина умчалась.

Профессор и Нагда ушли в дом. Но аб Бернад не спешил покидать свое убежище. Устроившись на развилке сучьев, он принялся наблюдать за домом и улицей. В голове его бродили печальные мысли. Ему фактически не от кого было ждать помощи. Он оказался целиком и полностью во власти ненавистного Нотгорна, и вся жизнь его зависела теперь от злой воли этого проклятого безбожника. Как он жалел, что не направил Канира и Маска прямо в Гроссерию, к его святости Брискалю Неповторимому!..

Сознавая необходимость любой ценой связаться с доктором Каниром, аб в то же время не представлял себе, как это можно сделать в его положении. Бежать? Бежать можно, путь на волю для него открыт. Но орангутангу невозможно пробраться незамеченным через всю Сардунскую провинцию до самой столицы. Его обязательно поймают, затравят собаками или же вернут на расправу Нотгорну. А может быть, привлечь внимание какого-нибудь прохожего и попросить его подать телеграмму от, имени ланкского аба? Но кто заходит в этот безлюдный конец переулка? Однако последняя мысль, хотя и тоже почти неосуществимая, давала все же некоторый шанс, и поэтому, остановившись на ней, аб начал пристально следить за дорогой.

Долго переулок был совершенно пуст. В доме Нотгорна тоже царила полная тишина. Но эта тишина не могла обмануть аба. Он был уверен, что ужасный старик не спит, не отдыхает в эти томительные часы сиесты, а, наверное, обдумывает новые козни на погибель абу и всей гирляндской религиозной общине!

Вдруг по гравию зашуршали чьи-то тяжелые шаги, сопровождаемые беззаботным присвистыванием. Аб весь подался вперед. Шаги приближались, и наконец в поле его зрения появился прохожий: молодой детина богатырского роста, с кудрявой черной бородой. За плечами его виднелся запыленный дорожный мешок. «Неужели сам Рэстис Шорднэм?!» — подумал аб.

Эта мысль наполнила беднягу неожиданной радостью. Да, он был рад теперь даже Рэстису Шорднэму, так как надеялся найти в нем союзника для борьбы с преступным профессором.

Незнакомец толкнул выломанную абом калитку и вошел во двор.

«Пора!» — подумал аб и быстро соскользнул на самые нижние ветви платана. Скрывшись за стволом, чтобы остаться невидимым из окон дома, он стал привлекать к себе внимание пришельца.

— Кса-кса-кса! — издал он тихие, но отчетливые звуки. Бородатый гигант вздрогнул и осмотрелся по сторонам.

Аб Бернад постарался высунуться как можно больше и, вытянув широкие губы, еще громче повторил свой призыв. При этом он махал незнакомцу лапой и делал уморительные гримасы, чтобы привлечь его внимание. Наконец бородач увидел кривляющуюся обезьяну и рассмеялся. Аб стал усиленно манить его к себе, показывая жестами, что надо поскорей и без шума скрыться в саду. Но тут незнакомец расхохотался в полный голос и погрозил обезьяне пальцем.

В ту же минуту на крыльце веранды появился профессор Нотгорн. Бедняга аб тотчас же умчался в крону платана и вновь там спрятался. Сердце его готово было разорваться от досады и страха…

Старик стоял на крыльце веранды и с торжествующей усмешкой рассматривал гостя.

— Шорднэм из Марабраны?

— Так точно, ведеор профессор! Рэстис Шорднэм собственной персоной!

— Молодец, что пришел!..

Потом, повернувшись в сторону сада, профессор крикнул:

— Кнаппи, Кнаппи, ко мне!!!