Сила голоса у него была такая же потрясающая, как и внешность: он был полный альбинос.

Василиса отшатнулась. Она решила, что у нее лопнула перепонка.

– У него совсем нет мозгов! – безумно хохоча, пояснил другой мальчуган и стал отрывать альбиносу ухо.

– А как его зовут, деточка? – шепотом спросила Сашкина у сидящего рядом с крикуном сорванца. Она не рискнула обратиться напрямую, опасаясь совсем оглохнуть.

Сорванец плюнул на своего соседа справа, вытер лицо о майку Василисы, потому что сосед справа нанес ответный удар тем же оружием, и пропищал:

– Откуда я знаю?

– Вы что же, друг с другом не знакомы?

– Конечно, нет!

– Ты слышишь?! Они так ведут себя, будучи совсем незнакомыми, – растерянно пробормотала Василиса. – А что же будет, если они подружатся…

Алексей Макаров вдруг поднялся:

– Ну, я пойду… подам списки. А ты займи их чем-нибудь пока.

– Но… – хотела возразить Василиса, однако в этот момент аккуратист уже вышел, а все четыре мальчика набросились на нее и стали щекотать.

– Стойте! – в панике кричала Василиса. – Давайте знакомиться!

Но где уж там! Майка на девушке трещала по швам, сразу две маленькие ручки вцепились в одно ухо, кто-то больно ущипнул за сосок. Так, педагогические методы тут явно не дадут результатов. Потому что это не дети, а какие-то… маньяки!

Пришлось как следует двинуть локтем в живот висящему сзади чудовищу, потом ущипнуть за ляжку хохочущего в лицо демонёнка, дать затрещину другому и оттащить за уши самого маленького и настырного мучителя.

– Прошу вас, – спокойно предупредил он, – не вступайте со мной в схватку: вы мне очень нравитесь.

Не успела Василиса сообразить что к чему, как этот похожий на пингвина кроха схватил ее за кисть руки и вывернул.

Адская боль в запястье опустила Василису на колени. От стыда и страха перед этими монстрами в коротких штанишках она была готова расплакаться.

Но к ее удивлению альбинос обрушил на голову «пингвина» свой чемоданчик. Тот выпустил руку девушки и залился горючими слезами.

– Не ломай людям руки, индюк! – заверещал альбинос, замахиваясь чемоданом еще раз. Но Василиса, можно сказать, своим телом закрыла «пингвина» от следующего удара. Он оценил этот поступок, сразу же прекратил рыдать и сказал чуть хрипловатым голосом:

– Меня зовут Вадим.

Требовалось немалое мужество, чтобы снова протянуть ему руку. Но на этот раз он не стал ее калечить, просто пожал.

– Очень приятно. Василиса, вожатая.

– А я Спартак! – завибрировал альбинос. – Спа-а-ррр-так!

Его оттолкнул мальчик с умными голубыми глазами в белоснежной рубашке и бабочке:

– Алексей Николаевич. Оказался в этой банде придурков по форс-мажорным обстоятельствам. Надеюсь на скорейшее пополнение общества обладателями хотя бы одной извилины.

Четвертый член «банды» решил пропустить официальную часть и просто ткнулся носом в живот Василисы:

– Станислав.

Потом поднял на вожатую хитрые глаза-сливы:

– Вы боитесь щекотки!

Недобрые огоньки снова вспыхнули в глазах мальчиков. Это заставило Василису срочно искать какой-нибудь интересный объект, чтобы побыстрее отвлечь внимание маленьких демонов от себя самой.

– А вы знаете, – таинственным голосом начала она, – что неподалеку отсюда живет крокодил-мутант?

Мальчишки переглянулись: их это только позабавило. Однако они дружно сделали вид, что клюнули на эту примитивную уловку:

– Серьёзно?! Где?!

Истребители Винни-Пухов упускают добычу. Но все равно хотят закатить пирушку. Алексей Макаров получает по шее за стекло, которое он не разбивал. Он теряет дар речи

А в зарослях на границе площадки для игр действительно что-то шуршало. И явно активизировалось после «ковровой» бомбардировки камнями и палками. Да, это было настоящее чудовище. Шум в кустах возрос на децибелы, уха достигали даже отдельные матерные слова.

– Хорошо тебе, мутант?! – гневно завопил человек-сирена Спартак перед тем, как метнуть в кусты очередной булыжник.

Но вместо мутанта из зарослей вылез начальник лагеря. Вид у него был свирепый.

Из кармана шорт свешивалась лента туалетной бумаги. Даже у детей не возникло вопроса, что он там делал.

Гурий Денисович страдал клаустрофобией в острейшей форме. Никакая сила не могла заставить его одного зайти в туалет и закрыться изнутри на защелку. А так как было мало желающих составить ему в такие минуты компанию, он насобачился бегать в кусты.

– Я… я… я, – заикаясь, начала Василиса.

Начальник подтянул шорты, дал затрещину Стасу, который с выражением неземного восторга вытягивал из его кармана гирлянду туалетной бумаги, и пошел себе дальше.

– Крупного Винни-Пуха завалили! – сказал восхищенный Стас. – Это надо отметить, я так кумекаю. Что скажете, истребители бегемотов?

– Единогласно! – прохрипел Спартак.