Читаем Мухи полностью

- Мы уходим, Брэндон. Вернёмся часа через два, будь готов к этому времени.

Брэндон взглянул на часы и кивнул. Хорошо, через два часа, ещё есть время. Все эти семейные праздники, где собираются не общающиеся в остальное время родственники – муть полнейшая. Никто никому не интересен, зато подробностей выливается масса. И все пьют. Уйти при первой возможности нельзя – это же просто неприлично, мне будет стыдно за тебя! И Брэндон или слонялся где-то неподалёку, или ковырялся в тарелке. Еда была единственным плюсом. По сути, все эти праздники одинаковы, будь то дни рождения, свадьбы или похороны. Свадьбы хуже всех – много торжественного, безумного веселья, еды хоть и предостаточно, зато все пьянее обычного. Дни рождения так-сяк. Похороны ещё неплохи, во всяком случае, проходят гораздо тише и разумней.

Брэндону было почти двенадцать лет. Угластое, холёное и апатичное лицо, растянутые пересохшие губы, молочно-голубые полуприкрытые глаза, неровные брови и махровые ресницы, волосы лаково-чёрные, нежные. Внешность в общем ничего, только подбородок срезанный да нос какой-то плоский.

Чем заняться? Можно фильм посмотреть, если не думать долго и не бегать туда-сюда, как раз хватит. Или газету почитать, журнал. Из них обычно сразу половину текста можно выкинуть – что ему до политических дрязг, жизни звёзд и рекламы. Остаются анекдоты. А ещё Брэндон чувствовал за собой странную тягу к историям из жизни – конечно не о тяжелой судьбе разведёнки с ребёнком или покинутой детьми и государством пенсионерки. Бывают и поинтереснее. И объявления. Кто, что и за сколько продаёт, покупает, какие нужны работники, сколько им платят. Но фильм лучше.

Слышится тихое дребезжание и короткое «бум!» о стекло. Муха! Крупная такая. Поймать проще простого, и не надо особо беспокоиться о том, что можешь нечаянно примять её и лишиться половины удовольствия.

Мухи – существа забавней любых объявлений. Относятся к разряду двукрылых, считаются переносчиками заразы, кусающимися и вообще противными насекомыми, но это не совсем так. Кусаются далеко не все мухи, а ещё их используют для исследований в области генетики. Зачем вникать в подробности, из опытов можно узнать гораздо больше, чем из любой энциклопедии.

Например, Брэндон как-то отрезал мухе голову. Она у них прикрепляется к телу на чём-то вроде тончайшей шеи, так что это нетрудно. Муха преспокойно жила себе дальше, даже не корчилась. Он испытал её на ориентацию в пространстве и дальнейшее поведение. Муха хорошо передвигалась на плоской поверхности, но бегала только если её подтолкнуть и останавливалась сантиметров через пять. Подбросить – летала, но недалеко и без знаменитых уклонений. Потом приземлялась и всё. Вот будучи перевернутой на крылья не могла подняться без помощи.

Его интересовали только три вида мух, залетающих в дом – большая серая муха, средних размеров сине-зелёная и чуть меньшая белесо-желтая, у которой в отличие от двух предыдущих брюшко было ещё и мягче. Мелкие мошки оставляли равнодушным. Действительно, что с ними делать?

В тёплое время мухи размножаются быстро и постоянно. Утроба большинства пойманных Брэндоном мух была полна либо яиц – жемчужно-белых, но иногда с лёгким горчичным оттенком, продолговатых, склеенных в единую массу, либо личинок. Сине-зелёные и белесо-желтые имели только яйца, серые – только личинки.

Поймать муху на стекле несложно, было бы желание, а ловкость придёт. Подносить руку и накрывать надо проворно, следя за целью. Потом сделать так, чтобы муха захотела пролезть между пальцами, и схватить её.

Дальше можно проводить опыты. Если попадётся серая муха, то ей достаточно слегка надавить карандашом на брюхо, чтобы из него полезли личинки. Также его можно разрезать ножницами или вовсе отрезать, в первом случае личинки вылезут резвее, во втором – медленнее.

Можно посмотреть, какие преимущества будут у мухи с сохранённым брюшком по сравнению с искалеченными.

Или какие виды окажутся более живучими. Белесо-жёлтые всегда проигрывали, они были неженками.

Личинки он бросал то в холодную воду, то в чистящее средство, посыпал солью и опрыскивал одеколоном. При достаточном количестве мух это занятие увлекает на часы.

Вот только эта муха была единственная, к тому же сине-зелёная, а значит со скучными яйцами.

Брэндон всё равно поймал её, аккуратно, чтобы не отломать лапку, и маникюрными ножницами достал липкую массу. Масса была размещена на включённой электрической плите. Интересно, как она изменится под воздействием жара? Стала вялой, немного сморщенной, гадко запахла и через несколько минут обуглилась.

Муху Брэндон выпустил в окно, помыл руки и пошёл искать новое занятие.