Читаем Муха в самолете полностью

– Ельцин совершил переворот в 91-м году, – напомнила я. – Если Луизе Иосифовне тогда было, допустим, лет сорок семь, то сейчас ей слегка за шестьдесят, по нынешним понятиям, еще молодая тетка. Дама могла сохранить фигуру, к тому же костюм Снегурочки не позволяет точно определить возраст внучки Деда Мороза, а дурацким париком с косами и челкой легко закрыть лицо.

– Может, и так, – тихо отозвался Ильяс, и я поняла, что именно в этот момент он испугался по-настоящему, – только Ася никаких подробностей мне не рассказывала.

– Ой, врешь! – вырвалось у меня.

– Ей-богу, – начал судорожно говорить Ильяс, – да, мы работали вместе, подумывали брачное агентство открыть, с некими эксклюзивными услугами. Ася последнее время ходила по специфическим клубам, по таким, где собираются одинокие женщины, присматривалась к стриптизерам. У меня ярко выраженная неевропейская внешность, поэтому Локтева была вынуждена отказывать женщинам, у которых в семье главенствовал скандинавский тип. Понимаете, да?

Я кивнула. Естественно, если вы блондинка с голубыми глазами и имеете виды на мужчину, внешне смахивающего на Зигфрида,[2] то появление в вашей семье смуглого, черноглазого младенца вызовет недоумение у родни и соседей.

– Ася решила подобрать еще несколько парней, – охотно делился информацией Ильяс. – Вы не поверите, но спрос на такие услуги стабильно высок. Стоило вывесить в Интернете объявление: «Помогу соединиться с любимым безо всякого колдовства и шарлатанства, разведу супружескую пару, сумею заставить любовника жениться на вас», как валом потекли заказы. Но мы были ограничены моими внешними данными.

– То, чем занимались Ася, Катя, Лена и вы, мне хорошо известно, лучше рассказывайте о конструкторе!

Ильяс пожал плечами:

– Так я ничего не знаю! Вообще!

– Ася не отправляла вас к людям по имени Марк Матвеевич и Луиза Иосифовна?

– К ним нет, – растерянно ответил Ильяс.

Я схватила его за руку.

– А куда она вам велела сходить?

Ильяс снова принялся размешивать ложечкой кофе.

– Вы сказали: «К ним нет», а к кому да? – наседала я.

Он вздрогнул:

– Ася приказала мне съездить в одно место. Она довольно долго инструктировала меня.

«Ты умеешь с людьми разговаривать и нравишься бабам, пообщайся там с соседями, узнай, живет ли в доме некая Раиса Ивановна Нестеренко, если да, то осторожно собери о ней информацию».

– И что дальше мне делать? – поинтересовался Ильяс.

– Ничего, – ответила Ася, – только разузнать, в добром ли она здравии, как у нее с головой, тетка немолодая, могла и в маразм впасть, хорошо ли живет. Короче говоря, знать надо, на что ее покупать: деньги предложить или ей любви охота.

– Боюсь, мне с такой тяжело будет, – быстро сказал Ильяс.

Ася расхохоталась:

– Не дрожи, я не о той любви речь веду. Многие пожилые люди страдают от дефицита внимания, родственники их давным-давно не слушают, вот у старушек и копится обида. Такие бабуськи первому встречному все секреты разболтают! Любому слушателю рады. А может, она пьет? Ну как моя соседка, с виду приличная, а на грудь примет, и несет ее по кочкам. В общем, разведай, но к самой Раисе Ивановне не ходи, вернись ко мне и отчитайся.

– Ладно, – кивнул Ильяс, – ты платишь, я работаю.

Ильяс и впрямь умеет разговорить женщин, на лиц прекрасного пола любого возраста безотказно действуют его приятная внешность и вышколенные манеры, поэтому, заглянув в домоуправление да поболтав с лифтершами, «лазутчик» быстро собрал необходимую информацию.

Раиса Ивановна – одинокая пенсионерка, но выглядит она просто великолепно. По документам Нестеренко всю жизнь проработала на оборонном предприятии кладовщицей и никогда не имела ни мужа, ни детей, но хитроглазая домоуправша Мария Ивановна, допрошенная со всем пристрастием Ильясом, заявила:

– Что-то тут не так. Ну скажите, какую пенсию может получать баба, всю жизнь выдававшая работникам рукавицы?

– Думаю, не слишком большую, – ответил Ильяс.

Мария Ивановна подняла вверх палец:

– Во! И я того же мнения. А теперь ответьте, откуда у нее деньги на дорогие продукты?

Ильяс улыбнулся:

– Ну, может, когда вы к ней в гости заглянули, старушка специально расстаралась, зефир купила, шоколадки, чтобы хлебосольство продемонстрировать.

Мария Ивановна сложила руки на необъятной груди.

– Раиса никого к себе не пускает!

– Тогда откуда вам про еду на ее столе известно?

Домоуправша скривилась:

– Хитрая Нестеренко больно, ни с кем во дворе не лялякает, шмыгнет туда-сюда, все молчком, только я один раз в супермаркет зашла, за метро. Он дорогой очень, из нашего дома туда никто не заглядывает, да мне на день рождения баночка крабов понадобилась, вот я и направилась в обираловку…

Мария Ивановна медленно ходила между стеллажами, пугаясь несуразно высоких цен. Приобретать крабы в месте, где лежит сыр почти по тысяче рублей за килограмм, ей расхотелось. Чувствуя себя несчастной и униженной, домоуправша стала пробираться к двери и вдруг услышала хорошо знакомый голос:

– Мне нужна белужья икра, а вы севрюжью даете.