Читаем Муха в самолете полностью

– Нет, Луиза-Люсьенда не выходит за пределы больницы. И ее никто никогда не навещал до последнего времени. А вот с осени прошлого года начались удивительные события. Сначала в больницу приехала девушка, по описанию медсестер, это была Ася. Она сказала медперсоналу, что является внучкой Прохоровой, якобы ее мать давно развелась с отцом, увезла девочку в другой город… Короче говоря, наврала с три короба. Ася приезжала к больной несколько раз, привозила сладкое, фрукты, теплый халат, пижаму. Накануне Нового года старуха сказала санитаркам:

– Скоро покину вас! Я куплю квартиру!

Одна из нянек, подыгрывая безумной, воскликнула:

– Вот и хорошо! Дома-то лучше.

Вторая же сердито заявила:

– Деньги-то где возьмете? Нынче жилье не копеечная забота.

Сумасшедшая выпрямилась.

– Я богата! Очень! Несметно!

– Ага, – захихикали технички, – прямо хозяйка золотой горы!

Старуха разозлилась:

– Молчите, если ничего не знаете! Видите ключик на шее у меня?

Женщины посмотрели на цепочку.

– Похоже, от почтового ящика, – констатировала одна.

– От чего же еще? – подтвердила другая. – Маленький очень для нормального замка, плоский.

– Это отмычка от сейфа! – воскликнула Люсьенда-Луиза.

– Иди лучше спать!

– Нет, знайте, там миллионы.

– Хорошо, хорошо, ступай в палату.

Сгорбившись, бабка побрела по коридору, нянечки схватились за ведра, разговору они особого значения не придали, в клинике и не такое услышать можно.

Потом случилось еще одно событие, вместо Аси к Луизе явилась другая девушка, стройная, с приятным глубоким голосом, кудрявыми волосами, слишком ярко накрашенная, в очках.

– Здесь бабушка моей подруги живет, – сообщила она, – знаете, внучка сломала ногу, а меня послала к ней с гостинцами.

Не заподозрившие ничего плохого сотрудники клиники препроводили гостью к Люсьенде. Девица просидела у старухи долго, почти до вечера, потом ушла. А на следующий день заявилась… внучка, никаких переломов у нее не было. Услыхав, что вчера приезжала ее подруга, девушка ахнула, а потом быстро сказала:

– Ерунда вышла, фамилия у меня… э… Иванова. Я и впрямь упала, но просто ушиблась, а подружке в справочной больницы про другую Иванову сказали.

Пожелай врачи разобраться в ситуации, они бы мигом потребовали у девушки паспорт, начали бы задавать вопросы, но в клинике царит атмосфера полнейшего пофигизма, больных много, персонала мало, и по большей части никому ни до кого дела нет.

Внучка вошла в палату, потом прибежала на пост.

– У бабушки ключ пропал! Тот, что на шее висел! Она нервничает! Приведите врача!

Тяжело вздыхая, доктор пошел к Люсьенде, внучка крутилась рядом и все время спрашивала:

– Бабуля, а ты зачем ключик снимала?

В какой-то момент больная шепнула врачу:

– Пусть она уйдет.

Психиатр велел внучке подождать в коридоре, та нехотя удалилась, а Люсьенда сказала:

– Не пускайте ее ко мне! Она обманщица, не внучка мне! Ключ я любимому сыну отдала, он его. Ну как эта баба может моей внучкой быть! Гляньте, сколько мне лет, я еще не древняя, просто из-за болезни так выгляжу!

Доктор поразился разумным речам Люсьенды и, решив потом как-нибудь разобраться в ситуации, вышел в коридор и сказал лжевнучке:

– Прохоровой стало плохо, ее нельзя тревожить.

– Ага, поняла, приеду в субботу, – закивала девица.

Все, больше ее никто не видел.

Куприн замолк, я вскочила и забегала по спальне.

– Так кто убийца?

Олег помрачнел.

– Сейчас сама назовешь имя, впрочем, я тебе помогу. Знаешь, как звали соседку по коммуналке, ну ту, Трофимову, с которой Луиза бок о бок прожила пару лет.

– Нет.

– Зинаида.

– И что?

– А ее сын носит имя Роланд.

– Ролик и Зина! Это же… домработница Линды.

– Верно.

– Но как она оказалась на одной лестничной клетке с Василием и его женой?

Олег развел руками:

– Просто купила себе квартиру, вроде имела кое-какие побрякушки от бабки, продала их…

– Странно, – протянула я, – Зина вынуждена была наняться к Линде из-за отсутствия средств на жизнь, а Ролик, очень талантливый музыкант, играет в ресторанах за гроши.

– Точно, – потер руки Олег, – на первый взгляд странно, но все становится на свои места, когда делаешь правильные выводы. Луиза страстно любила сына, а после известия о кончине мужа страх за ребенка превратился в манию. Став Люсьендой, Луиза не успокоилась, у нее начиналось психическое заболевание, но дама этого не понимала, ей хотелось получше спрятать своего сына, чтобы мифические убийцы его не нашли. Поэтому, когда у Зины умер от дифтерита сын…

– Что? Кто умер от дифтерита?

– Сын Зины, Роланд, – повторил Олег, – Луиза-Люсьенда предложила не слишком опечаленной бабе сделку: та молчит о кончине мальчика, по его документам станет жить Костик, он же Матвей. А Прохорова хорошо заплатит за «обмен», даст Зине драгоценности, их ей хватит для безбедной жизни.

– Сумасшедшая!

– Да.

– Но Зина! Как она могла!

Куприн заморгал.