Читаем Мудрость для двоих полностью

При первой любви душу берут раньше тела; позже тело берут прежде души, а иногда и совсем не берут души.

Самое большое счастье в жизни – это уверенность, что тебя любят.

Если прекрасное лицо – это рекомендательное письмо, то прекрасное сердце – это верительная грамота.

Любовь без уважения далеко не идёт и высоко не поднимается: это – ангел с одним крылом.

Любовь – занятие досужего человека и досуг занятого.

Никакая внешняя прелесть не может быть полной, если она не ожив лена внутренней красотой. Красота души разливается, подобно таинственному свету, по телесной красоте.

Дружба – вино существования, любовь – хорошая чарка водки.

Трудно составить счастье мужчины, обрекая на страдания женщину.

Любовь подобна кори: чем позже приходит, тем опаснее.

Брак без любви – это пожизненная каторга.

В конечном счете любовь не что иное, как отражение в людях собственных достоинств человека.

В жизни есть только одно счастье – любить и быть любимым.

Немцы – господа жён, англичане – слуги, французы – товарищи, итальянцы – тюремщики, испанцы – мучители, магометане – палачи.

Каждый испытывает потребность быть любимым, это поднимает его в собственных глазах; но людей нужно любить по-разному: одного – с бесконечной снисходительностью, другого – с неослабной строгостью.

Если хочешь, чтобы тебя любили, учись чувству меры.

Любовь без благоговения и восторга – это только дружба.

Мужчина, который умно говорит о любви, не очень влюблён.

Любить! – жалкая привычка сердца. Слово того, кого любишь, сильнее влияет на душу, чем выражение чувств.

В любви всегда сильнее тот, кто меньше любит, и, может быть, еще более силён тот, кто вовсе не любит, а только даёт себя любить. Власть никогда у страсти не бывает, она лишь у расчёта.

Неразделённая любовь так же отличается от любви взаимной, как заблуждение от истины.

Жена, не ведущая мужа вперёд, непременно толкает его назад.

Одинокий представляет собою только тень человека, а кто не любим, тот везде и среди всех одинок.

Сдержанность в любви или дружбе была бы глупой причудой и к тому же актом себялюбия, убивающим всякое чувство сначала в нас самих, а затем и в любимом человеке.