Его поселили в номер на последнем этаже, с балконом на восток. Солнце садилось за его спиной, когда он вышел на балкон, чтобы посмотреть на город. На высоте дул легкий ветерок, и жара стала более-менее терпимой. Далеко на востоке, в семидесяти милях от Парбо, за рекой, его ждали джунгли Сан-Мартина.

Часть III

Глава 25

Джунгли

Автомобиль приобрел американский дипломат, Рональд Проктор. Обратился он не в респектабельный салон, а к частному продавцу, которого нашел по объявлению в местной газете.

«Чероки», конечно, отмотал немало миль, но оставался в хорошем состоянии. И новый покупатель не сомневался, что сумеет, используя опыт, полученный в армии США, подготовить джип к решению стоящей перед ним задачи.

Предложенная им сделка продавцу очень понравилась. Он платит наличными десять тысяч долларов. «Чероки» нужен ему только на месяц, пока из Соединенных Штатов не привезут его собственный внедорожник. Если через тридцать дней он возвращает джип в том же состоянии, продавец берет его назад и отдает пять тысяч долларов.

Перспектива заработать за месяц пять тысяч, не прилагая к этому никаких усилий, конечно же, порадовала продавца. Учитывая, что он имел дело с американским дипломатом, а «Чероки» мог вернуться к нему через тридцать дней, оформление документов на нового владельца казалось совершеннейшей глупостью. И зачем привлекать внимание налогового инспектора?

Проктор также арендовал большой гараж и пристройку-склад за рынком, где торговали цветами, овощами и фруктами. Наконец отправился в порт и расписался за получение своего ящика, который привез в гараж, распаковал, а потом разложил содержимое по двум парусиновым рюкзакам. На том существование Рональда Проктора и закончилось.

В Вашингтоне, по мере того, как день уходил за днем, Пола Деверо грызли тревога и любопытство. Где этот человек? Воспользовался он визой и прибыл в Суринам? Или только собирается туда?

Конечно, он мог бы уступить искушению и запросить суринамские власти через американское посольство на Редмондстрат. Но тем самым он привлек бы к профессору внимание суринамских властей. Они бы захотели узнать, чем вызван интерес американцев. Задержали бы его сами, начали задавать вопросы. Человек, который звался Мстителем, нашел бы способ освободиться и сделать второй заход. Серб, которого трясло от одной мысли о том, что надо лететь в Пешавар, мог запаниковать и разорвать сделку. Так что Деверо не оставалось ничего другого, как мерить кабинет шагами и ждать.

В крошечное посольство Сан-Мартина в Парамарибо поступило предупреждение полковника Морено о том, что к ним может обратиться за визой американец, который будет изображать из себя коллекционера бабочек. Консул получил инструкции выдать визу незамедлительно и тут же сообщить об этом полковнику.

Но Медверс Ватсон в посольстве так и не появился. Человек, которого они ждали, сидел в кафе в центре Парбо, а рядом стояла сумка с последними покупками. Произошло это 24 августа.

Вещи эти он приобрел в единственном в городе магазине для туристов и охотников «Корзина для пикника» на улице Звартена Ховенбруга. Будучи лондонским бизнесменом Генри Нэшем, он не прикупил ничего такого, что могло бы пригодиться ему по другую сторону границы. Но с учетом содержимого деревянного ящика и утренних покупок он вроде бы больше ни в чем не нуждался. Поэтому сидел, смакуя последнюю кружку пива, прекрасно понимая, что какое-то время ему придется обходиться без этого напитка.

Утром 25 августа долготерпение встречающих было вознаграждено. Очередь к парому двигалась, как всегда, медленно, москиты, как всегда, зверствовали. Стояли в очереди в большинстве своем местные жители, с велосипедами, мотоциклами, на ржавых пикапах, все везли с собой какой-то товар.

Выделялся лишь один автомобиль, черный «Чероки». За рулем белый, в кремовом пиджаке из тонкой материи, панаме и очках с тяжелой роговой оправой. Как и остальные, он отмахивался от москитов, ожидая, когда подойдет его черед заехать на паром.

Где-то через час он загнал джип на железную палубу парома и несколько минут спустя уже плыл по реке Коммини. На сан-мартинской стороне пристроился в конец очереди из шести машин, водители которых ждали проверки.

На пограничном посту явно чувствовалось напряжение. Человек двенадцать солдат толпились у будки, где проверяли документы, дорогу перегораживал деревянный полосатый брус, положенный на две бочки из-под нефти, которые залили бетоном.

В окошке будки виднелся офицер-пограничник, проверяющий документы. Суринамцы, приехавшие повидаться с родственниками или закупить кое-какую сельскохозяйственную продукцию, чтобы потом продать ее в Парбо, недоумевали, с чего такие строгости, но в Третьем мире прекрасно знали, что от вопросов проку не будет. А потому спокойно дожидались своей очереди. Уже сгущались сумерки, когда «Чероки» наконец-то подкатил к шлагбауму. Солдат протянул руку, показывая, что ему нужен паспорт, получил его у американца, передал офицеру.