Читаем Мракобой полностью

— Нас убьют! — понял он. — Встреча с Петручи и разговор по душам был нашим последним шансом отдать бумаги полюбовно. Мы не отдали, и теперь вопрос содержания бумаг отпал. Даже если там тянет на несколько Нобелевских премий. Актуализировался совершенно другой вопрос. Даже не вопрос. Проблема. Проблемища. Теперь стало важно, к кому попадут бумаги Мракобоя. Ведь это важно, кто станет наместником бога на земле. Ну или бессмертным Капитаном. Столичные генералы примерили всяк на себе капитанский мундир и поняли, ему будет худо, если мундир достанется хозяину соседнего кабинета. Решение напрашивалось, само собой. Гасить. Нет бумаг, нет проблем.

Они ехали по Профсоюзной в сторону МКАД. Петручо за рулем.

— Скоро кольцевая, там нам всем конец! — с кислой миной сообщил он. — Моим вездеходом там подтрутся!

— Не говори гоп! — строго сказал Бекк.

— Эта поговорка сейчас неуместна! — заметила Сандра. — Может, стоит остановиться?

— Остановимся, они нас с квадриков бомбами закидают! — паниковал Зюзин.

— Что же нам делать? Останавливаться нельзя, а если не остановимся, то умрем!

— На посту в нас не будут бомбами кидаться, и мы еще поживем некоторое время!

— Очень короткое! — уточнил Зюзин. — Не у кого нет ощущения, что мы все мечтаем, чтобы ехать до кольцевой как можно дольше, а еще лучше не доезжать вовсе?

— Будешь тоску нагонять, точно у меня не доедешь! — пригрозил Бекк.

Но подумал, что некий резон в словах коллеги имелся.

Но до Периметра они все же доехали.

МКАД пересекала Профсоюзную по эстакаде. Прямо под эстакадой была навалена куча бетона. Неизвестно, сколько ушло плит, возможно целый эшелон или два, но Профсоюзная была перекрыта намертво. Перед нагромождением в капонирах стояли танки и еще по мелочи. От стрелков отделился и приблизился один из бойцов. Был он предельно вежлив. На «вездеход» только взглянул и указал на боковой въезд на МКАД.

— Будьте любезны! — произнес он напоследок.

— Премного благодарны! — раскланялся Бекк.

Они поднялись по въезду на эстакаду, но ее не увидели. Машина оказалась в тупике из бетонных плит.

— А я предупреждал! Вы меня погубили, суки! — запричитал Зюзин.

Не гася мотор, он открыл дверцу и выскочил. Его сразу сбили с ног появившиеся гвардейцы и закрутили руки.

— Я капитан! — крикнул он, ему и за капитана добавили.

— Что мы сидим? — в нетерпении выкрикнула Сандра.

— Сейчас этого мудака скрутят, ажиотаж спадет и пойдем разбираться! — сказал Бекк.

Разборка на Периметре.

Допрос вел холеный подполковник с соответствующей фамилией Вальяжный.

— Аристарх Венесович, мне присутствовать? А то мне на пост надо! — отпросился лейтенант.

Вальяжный по-барски махнул рукой, отпуская и оставаясь с Бекком и Сандрой один в кабинете, что в дальнейшем оказалось для него непростительной ошибкой.

Звание подполкана получают не раньше 40-ка лет, Вальяжному было не более 35-ти. Ясен пень, социальный лифт, который не для всех. Бекк не любил таких выскочек. Профессионализма ноль, и они обожали оскорблять людей.

Вальяжный повертел в руке «вездеход» и спросил:

— И что тебя понесло за Периметр, Зюзин?

Понятное дело, он не мог обращаться к незнакомому человеку на вы.

— Я не Зюзин! — скромно заметил Бекк. — Посмотрите фотогр…

— Заткнулись оба! — гаркнул подполкан.

— Я ничего не говорила! — нахально парировала Сандра.

Умничка, похвалил про себя Бекк. Подполкан был иного мнения.

— Шалашовка! — он презрительно оттопырил губу.

У Бекка сложилось мнение, что он старательно копирует человека не своего возраста.

— Повторяю вопрос, Зюзин! С какой шпионской целью вы проникли за Периметр?

— Ни с какой! — пожал плечами майор. — Мы отдыхали в Москве, посетили интересные места… всякие, и вот решили вернутся домой, в столицу, в мой коттедж на Персиковой улице. Персиков там нет, зато на въезде дежурит сторож, который гарантировано не пустит всяких идиотов на участок.

Вальяжный не возмутился. Не заорал, брызгая слюной. Этот шел по карьере как по лестнице и приобрёл способность жалить по-тихому аки змея.

— А что ты скажешь, Зюзин, если я прикажу отмудохать тебя до полусмерти, а твою шалашовку по кругу пустить? Как тебе такое? Бойцы мои по месяцу без увольнений, уже розетки трахают. Так отдуют, любо-дорого посмотреть. Думаешь, шучу? Специально для тебя, наглая твоя рожа, могу провести экскурсию в обезьянник. Есть у меня парочка, они там сейчас голышом лежат в обнимку, голубки, только им не до любви сейчас и надолго. У него все яйки синие, а она сидеть пока не может. Вот такие издержки, — и он широко осклабился, на мгновение вся холеность исчезла и проступило нечто волчье.

— Вы негодяй! — воскликнула Сандра.

Бекк остановил ее движением руки.

— А как же соблюдение закона, товарищ подполковник? Протоколы, понятые, суд на конец.

— Тут я суд и понятые, понял? — Вальяжный вернул себе нормальный вид, успокоился, побарабанил пальцами. — Все равно ведь все расскажешь, Зюзин!

Чего-то Бекка начала сильно раздражать фамилия напарника.

— Может, перестанешь сраться и есть желание сотрудничать с органами?