Читаем Мрак, сомкнись полностью

Ричард Хиллери спал почти всю дорогу через Беркс, совсем не помнил Ридинга и только сейчас, когда автобус первый раз проехал через Темзу неподалеку от Мейденхеда, он начал просыпаться. Он попытался убедить себя, что устал не столько от ночной прогулки (он был отличным пешеходом), сколько от литературных тирад Дэя Дэвиса.

Приближался полдень, и уже виднелись вдалеке темные очертания закопченного Лондона. Ричард отодвинул занавеску и начал грустно размышлять о пагубных последствиях чрезмерного развития промышленности, перенаселения и урбанизации.

— Вы много потеряли, приятель, — произнес вступительную фразу невысокий мужчина в котелке, садясь рядом с ним.

Ричард из вежливости, хотя и без энтузиазма, поинтересовался, что такое случилось, и незнакомец в ответ начал охотно излагать краткий ход событий. Вечером во всем мире произошли многочисленные землетрясения — какой-то сейсмолог сосчитал пики на ленте прибора и волне и воскликнул: «Невероятно!» — в результате которых есть многочисленные жертвы и разрушения. Возникла угроза гигантских приливов у берегов Великобритании и уже были предупреждены рыбаки и владельцы парусных судок Начата эвакуация населения из некоторых низко расположенных приморских местностей. Некоторые ученые, наверное для того, чтобы вызвать сенсацию или панику, предсказали цунами, которые обрушатся на берега Англии, однако власти решительно возразили против сильно преувеличенных домыслов.

В этом всеобщем возбуждении уже никто, по крайней мере, не говорил об огромной американской летающей тарелке. Однако, чтобы не остаться позади, Советский Союз бурно запротестовал против таинственного, но тем не менее все же успешно отбитого, нападения на его бесценную Лунную базу.

Ричард не впервые заметил, что телекоммуникационная промышленность, которой бахвалится наше столетие, прежде всего нагоняет на правительство и государства смертельный страх, а потом уже приводит к тому, что вызывает смертельную тоску.

Однако этим открытием он не поделился со своим соседом. Но когда автобус замедлил ход, проезжая через Бренфорд, Ричард отвернулся к окну и начал наблюдать за городком более внимательно и мгновенно был вознагражден бытовой сценкой, которую вполне можно было бы назвать «гонкой водопроводчиков» — он насчитал три маленьких автомобильчика с эмблемами водопроводной фирмы и пятерку бегущих мужчин с сумками для инструментов и французскими ключами в руках. При мысли о пищеварительных хлопотах жизни пусть даже небольшого города у него невольно появилась улыбка.

Автобус остановился около рынка, вблизи от места впадения Брента в Темзу. Тут в автобус сели две женщины — одна из них говорила другой:

— Да, я как раз звонила маме в Нью. Она ужасно взволнована и говорит, что у нее залит весь газон.

Потом произошло что-то совершенно неожиданное — коричневая вода из городской канализации начала выливаться на улицы, и такого же цвета жидкость хлынула из ворот некоторых домов широким потоком, затопляя тротуары.

Ричард с ужасом смотрел на это, испытывая искреннее отвращение: где-то в подсознании зрело убеждение, что это больные от переедания дома выделяют — совершенно независимо от людей, их населяющих, — все, что они не смогли переварить. Архитектонический понос! Ему не пришло в голову, что очень часто первым признаком наводнения является выброс канализационных вод.

Через мгновение показались мчащиеся в панике люди, которых настигал поток уже чистой воды, которая стремительно набирала скорость по улице, смывая с нее грязь.

Вода, вероятнее всего, была из Темзы, из «сладкой» Темзы Спенсера.

Дальнейшие и значительно большие разрушения Странник вызвал, воздействуя на моря и океаны, занимающие, как известно, три четверти поверхности Земли. Может быть, такое количество воды является ничтожным по сравнению с безмерностью космоса, но для землян оно издавна является символом бескрайних просторов, глубины и силы. У морей всегда были свои боги: Ноденс, скандинавская Рана, финикийский Дагон, египетский Нун, бог Ридги, которого чтили туземцы Австралии, а также всемирно известные Нептун и Посейдон.

А ведь музыка морей — это приливы!

Струнами арфы, на которой сосредоточенно играет Диана, богиня Луны, являются огромные пространства морских вод — длиной в несколько сот и глубиной более десятка километров.

На огромных пространствах Тихого и Индийского океанов, от Филиппин до Чили, от Аляски до Колумбии, от Антарктиды до Калифорнии, от Саудовской Аравии до Тасмании тянутся эти длинные струны. Оттуда идут самые глубокие тона, и вибрация некоторых струн может длиться целыми днями.

Когда струны прекращаются, звуки пропадают. Это происходит, к примеру, в узлах течений у берегов Норвегии, у Подветренных островов и на Таити, где контроль над небольшими приливами взяло на себя Солнце — музыка далекого Аполлона, слабее ударяющего по струнам, неизменно несет с собой прилив в полдень и в полночь, а отлив — на восходе и закате солнца.