Читаем Мрак, сомкнись полностью

Так быстро, что он не успел к нему присмотреться, зелено-фиолетовое существо что-то сделало с его запястьями и щиколотками. Лапы с фиолетово-серыми когтями начали щипать его, не причиняя, однако, боли. В какой-то момент он почувствовал себя так, словно его оплела змея. Потом тигриное существо отпрыгнуло и исчезло в цветнике вслед за Мяу, размахивая длинным пушистым хвостом с фиолетово-зелеными полосами и поднимая облако лепестков.

Пол пытался подняться, но оказалось, что он может двигать только головой. И, хотя гравитация продолжала оставаться нулевой, он лежал спутанный, не имея возможности оторваться от пола, что он осознал еще более явственно, когда посмотрел вверх и в неполных трех метрах над собой (а может быть, и под собой, или где-то сбоку — он не знал, как назвать такое направление) он увидел свое отражение: он лежал распростертый, мокрый, грязный, бледный, с вытаращенными глазами, и этот смешной и ужасный вид усугубляли многочисленные повторяющиеся с постоянным уменьшением отражения отражений.

Постепенно он начал воспринимать форму и оборудование внутренней части воздушной машины, на которой находился. Большинство цветов, которые он видел, были зеркальными отражениями. Потолок и пол образовывали округлые, плоские зеркала, расположенные метрах в трех от друга и имеющие шесть метров в диаметре. Он лежал посреди одного из них. Стены между зеркалами украшали экзотические цветы с огромными лепестками. Здесь были большие и маленькие цветы, бледно-желтые, светло-голубые с зеленым оттенком, однако преобладали розовые или светло-красные. Цветы выглядели настоящими, поскольку их листья и стебли изгибались в неповторимой искусственной форме серпов, копий, очевидно, гидропонная рама заполняла свободное пространство между сужающимися боковыми краями этой тарелки.

Но этот летательный аппарат с сечением треугольника растения не заполняли целиком, потому что перед собой Пол увидел серебристо-серый пульт управления — во всяком случае, плоскую металлическую тумбу с гладкими серебристыми выпуклостями и странными геометрическими узорами. С трудом поворачивая голову, он увидел подобные пульты в остальных углах. Все три были установлены в вершинах равностороннего треугольника, вписанного в машину, и каждый из них был прикрыт заслоном буйных цветов так же, как бывают прикрыты типично потребительские предметы — жаровня для кофе, умывальник, телефон или стереофоническое оборудование в тесной комнате женщины, придающей значение моде и эстетике интерьера.

Все помещение заливал яркий теплый свет, идущий из… нет, Пол не знал, откуда он льется. Словно собственное внутреннее солнце — странное это чувство.

Все более странным становилось впечатление, что кто-то вторгся в его разум и читает его мысли, как карты. Он припомнил избитое утверждение, что тонущий в течение нескольких секунд переживает всю свою жизнь, и тут же задумался, происходит ли то же самое с человеком, тонущим в цветах или распятым тигром, который намеревается, скорее всего, разорвать его на части и потом сожрать?

Еще более странным было впечатление, что кто-то вторгся в его мысли очень быстро, и от этого смог уловить только какие-то неясные, отрывочные фрагменты мыслей. Нельзя забывать, что он был очень ошеломлен происшедшим и в его мыслях был полный кавардак. Что за унижение! Несколько картин, которые удалось ему заметить под конец этого «таможенного досмотра» разума касались главным образом зоопарка и балета.

Он постарался взять себя в руки и осмотрелся. Однако не было видно ни тигриного существа, ни Мяу, невидимое солнце продолжало нести тепло. Цветы застыли в неподвижности и выделяли удушающий запах духов.

Дон Мерриам находился в середине своего третьего витка вокруг Странника. По правую сторону от него находилась усеянная зелеными пятнышками ночная сторона странной планеты, которая продолжала от этого напоминать ему брюшко паука. Перед собой он видел скопление звезд, а слева — черную, продолжающую удлиняться элипсоидную Луну с паутинообразными нитями, тянущимися от ее носа и ясно выделяющимися на сверкающем фоне неба. Дон замерз и устал, он больше не пытался даже установить радиосвязь с Землей.

На фоне Странника, между планетой и кораблем, у самого скопления звезд, появилась туманная желтоватая точка. Точка молниеносно превратилась в желтую горизонтальную черточку, потом — в две черточки, между которыми черное пространство выглядело, словно модные флюоресцентные автомобильные фары, а через минуту перед его взором начали обретать контуры два желтых растущих веретена.

Только тогда космонавт понял, что это не выпуклость на поверхности Странника, а какие-то материальные объекты, которые мчатся прямо на Бабу-Ягу. Он содрогнулся и закрыл глаза. Когда он открыл их, то обнаружил, что без видимого замедления желтые веретена внезапно оказались по обеим сторонам его кораблика. Они находились так близко от него, что экран не мог охватить их целиком.