Читаем Мрачное прошлое светлой будущей эпохи Алисы Селезнёвой полностью

Если же добавить и остальное…

«А что паралитик, так пристроить вчерашнего робота-убийцу в музей - дело хлопотное. Надо поставить много блоков. Программных - на непричинение вреда человеку, и физических - ограничивающих скорость, манёвренность, человекоподобность… Пираты, что характерно, «старую консервную банку» узнают с первого взгляда и не уверены в своей безопасности рядом с ним. Похоже, они знают больше, чем мы.»

Потому имеем боевого биоробота-андроида с хорошим искусственным интеллектом, способностями дознавателя, который в мирное время не нужен, потому и ограничен искусственно.

Есть версия, что романтизм Вертера из той же оперы, что и составленные самураями икебаны и всякие стихи в виде изысканных «хокку» и «танка». Правда, самураи это делали, чтобы окончательно крышу не сорвало от постоянного пролития крови. Да и Вертер тоже пытался что-то «в поэзию». Недаром он пытался Коле какой-то свой стих прочитать. Может у него тоже после войны малость «крыша» подтекает? Всё же биоробот, а не робот. Вот он и ударился в философию, сочинение романтических стихотворений, в музыке что-то пытается найти. Чем не самурай, который после схватки с сильным противником за чашечкой сакэ наслаждается падением лепестков сакуры на спящего кота?

Интересно, а в ходе возможной войны в том будущем где был Вертер? Разведчик-диверсант? Штурмовик(если бои шли в городской черте или на космических кораблях неизвестной ему конструкции, «языка» нужно было брать однозначно, что бы понять, что ждёт за углом или стеной отсека)? Сотрудник фильтрационного лагеря? Работник некоего отдела допроса и дознания? Ну, как-то так выходит. Потому что простому боевому биороботу, расходной единице, не нужен сложный модуль или система модулей для определения правды и лжи.

Не так прост наш Вертер, ох, как не прост!

Это видно даже по его поведению, когда он поймал Колю и потащил его на процедуру сканирования.

Глава 6

Итак, пункт под номером «5» - процедура сканирования Коли Герасимова.

Для начала – Вертер поймал Колю, тихо подойдя к нему со спины. Ещё раз – ТИХО ПОДОЙДЯ СО СПИНЫ. Не шаркая походкой увечного каторжника, а тихой походкой диверсанта, который готовится брать в плен «языка». Правда Колю он не оглушает, а просто берёт его за руку крепкой хваткой, из которой хрен вырвешься. Видно система распознавания «свой-чужой» у Вертера поставила Колю в ряды «своих» или близко к ним, присвоив ему низший приоритет опасности. В ином случае Коля Герасимов обживал бы койку в ближайшей тюремной или гражданской больнице после применения методов «полевого допроса вражеского офицера».

Похоже, что Вертер всё же имеет в своей памяти базы данных диверсанта-разведчика, которого посылают добыть нужные сведения и важных пленных. Это поясняет и наличие у него «детектора лжи».

Не исключено, что свою роль тут сыграло и покрытие пола, о котором упоминалось уже ранее, и элементы звукоизоляции на стенах.

«Взяв в плен юнита вероятного противника» и удерживая его своей железной хваткой, Вертер ведёт испуганного Николая к непонятной штуковине.

Кстати, это ещё один способ психологической ломки врага – всё непонятное пугает, а уж что мог навоображать себе испуганный школьник при виде камеры сканирования, куда его медленно вёл Вертер – можно представить. Откуда школьнику знать, что его просто хотят идентифицировать, а не казнить в газовой камере за нарушение паспортного режима, нелегально пересечение границ пространственно-временного континуума и контрабанду стеклянных бутылок из-под кефира?

Похоже, Вертер прекрасно владеет основами психологии «кожаных мешков с мясом», сиречь людей, и прекрасно эти знания применяет на практике.

Коля Герасимов в камере сканирования

Судя по скудности органов управления на пульте сканера(кстати, пульт мобильны и беспроводной, да!!!) процедура сканирования неопознанных лиц на охраняемой Вертером территории автоматизирована до предела.

Управление системой сканирования

И судя по его действиям, имеется некий протокол или инструкция для таких случаев. Случаев? Но позвольте!!! Получается Коля Герасимов – не первый гость-хронотурист на подвластной Вертеру территории?

Вот это да! Интересно, кто мог попасть в 2084 год помимо Коли Герасимова? И когда – за три дня до Коли или за месяц? И были ли там резкие парни, пытавшиеся пырнуть Вертера заточенной железякой или всадить свинцовую пулю ему в тело?

И приказ Полины Вертеру – обесточить пульт на точке прибытия из прошлого как бы намекает, что было что-то этакое недавно.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Судьба. Книга 1
Судьба. Книга 1

Роман «Судьба» Хидыра Дерьяева — популярнейшее произведение туркменской советской литературы. Писатель замыслил широкое эпическое полотно из жизни своего народа, которое должно вобрать в себя множество эпизодов, событий, людских судеб, сложных, трагических, противоречивых, и показать путь трудящихся в революцию. Предлагаемая вниманию читателей книга — лишь зачин, начало будущей эпопеи, но тем не менее это цельное и законченное произведение. Это — первая встреча автора с русским читателем, хотя и Хидыр Дерьяев — старейший туркменский писатель, а книга его — первый роман в туркменской реалистической прозе. «Судьба» — взволнованный рассказ о давних событиях, о дореволюционном ауле, о людях, населяющих его, разных, не похожих друг на друга. Рассказы о судьбах героев романа вырастают в сложное, многоплановое повествование о судьбе целого народа.

Хидыр Дерьяев

Проза / Роман, повесть / Советская классическая проза / Роман
Большая нефть
Большая нефть

История открытия сибирской нефти насчитывает несколько столетий. Однако поворотным событием стал произошедший в 1953 году мощный выброс газа на буровой, расположенной недалеко от старинного форпоста освоения русскими Сибири — села Березово.В 1963 году началась пробная эксплуатация разведанных запасов. Страна ждала первой нефти на Новотроицком месторождении, неподалеку от маленького сибирского города Междуреченска, жмущегося к великой сибирской реке Оби…Грандиозная эпопея «Большая нефть», созданная по мотивам популярного одноименного сериала, рассказывает об открытии и разработке нефтяных месторождений в Западной Сибири. На протяжении четверти века герои взрослеют, мужают, учатся, ошибаются, познают любовь и обретают новую родину — родину «черного золота».

Елена Владимировна Хаецкая , Елена Толстая

Проза / Роман, повесть / Современная проза / Семейный роман
Я из огненной деревни…
Я из огненной деревни…

Из общего количества 9200 белорусских деревень, сожжённых гитлеровцами за годы Великой Отечественной войны, 4885 было уничтожено карателями. Полностью, со всеми жителями, убито 627 деревень, с частью населения — 4258.Осуществлялся расистский замысел истребления славянских народов — «Генеральный план "Ост"». «Если у меня спросят, — вещал фюрер фашистских каннибалов, — что я подразумеваю, говоря об уничтожении населения, я отвечу, что имею в виду уничтожение целых расовых единиц».Более 370 тысяч активных партизан, объединенных в 1255 отрядов, 70 тысяч подпольщиков — таков был ответ белорусского народа на расчеты «теоретиков» и «практиков» фашизма, ответ на то, что белорусы, мол, «наиболее безобидные» из всех славян… Полумиллионную армию фашистских убийц поглотила гневная земля Советской Белоруссии. Целые районы республики были недоступными для оккупантов. Наносились невиданные в истории войн одновременные партизанские удары по всем коммуникациям — «рельсовая война»!.. В тылу врага, на всей временно оккупированной территории СССР, фактически действовал «второй» фронт.В этой книге — рассказы о деревнях, которые были убиты, о районах, выжженных вместе с людьми. Но за судьбой этих деревень, этих людей нужно видеть и другое: сотни тысяч детей, женщин, престарелых и немощных жителей наших сел и городов, людей, которых спасала и спасла от истребления всенародная партизанская армия уводя их в леса, за линию фронта…

Владимир Андреевич Колесник , Алесь Адамович , Янка Брыль , Алесь Михайлович Адамович , Владимир Колесник

Биографии и Мемуары / Проза / Роман, повесть / Военная проза / Роман / Документальное