Читаем Может быть полностью

Ангелы-хранители ребят вообще сбились с ног. Участвовали в бесконечных мозговых штурмах, не забывая при этом ни на минуту о безопасности оставшихся в лесу детей. Писали бесконечные докладные записки и даже отослали прошение на Самый Верх. Кроме них, бумагу подписали почти все служители Телепортационного центра и даже оба архангела. Особых надежд, впрочем, никто не питал – то ли опыт многовековой (даже с учетом выходных, праздников и законных отпусков) сказывался, то ли тот факт, что оптимисты вообще крайне редки среди ангелов, а уж среди ангелов-хранителей, похоже, так и вовсе ни одного нет. Оба ангела-хранителя записались на прием к Самому Главному. Однако надежды на этот визит у них было не на много больше, чем при отправлении официального прошения. От начальства (пусть и небесного), помощи вообще ожидать тяжело: скорее выволочку получишь за плохую работу и за твою же собственную якобы халатность, которая привела кризису. Ангелы это прекрасно понимали (в первый раз к начальству, что ли?), однако на чудо все-таки хоть и чуть-чуть, но надеялись. Чем черт не шутит, если, конечно, это выражение уместно на Небесах…

Витька тоже хотел отправиться на прием к Самому Главному. Он просил ангелов-хранителей, потом служителей Телепортационного центра. Он даже собрался было подойти к одному из архангелов, но передумал. Не потому что не верил – в отличие от ангелов, оптимизма в нем еще было хоть отбавляй, – просто испугался очень. Больно уж грозный вид был у архангелов. В латах, при полном вооружении, с мечом и огромными белоснежными крыльями (в отличие от остальных служителей Небес, им нужно было постоянно ходить в рабочей одежде) – архангелы вызывали трепет и почтение. Яркий нимб (такого у обычных обитателей Чистилища не встретишь) слепил глаза, а громогласный голос (вполне обычный, впрочем, для любого архангела, но не привычный всем остальным) заставлял дрожать даже самого стойкого. Помимо воли хотелось исповедаться и даже покаяться во всех грехах – настоящих, прошлых, будущих. Даже в тех, которые только собирался совершить. А тут еще ангелы с их поголовным пессимизмом. Они, конечно, при Витьке особо депрессию не разводили – инструкцию соблюдали и обсуждения проводили за закрытыми дверями. Но дети ведь они и на небесах дети: если что-то очень хочешь скрыть, они все равно узнают, как ни конспирируйся. И при этом абсолютно не важно, в чем тут причина – в интуиции ли, в способности к ясновидению или в банальных неплотно запертых дверях. А тут еще ангелы-служители, жалея Витьку, пропускали его в Телепортационный центр к огромным мониторам, на которых мелькали графики с удручающей статистикой. Рисковали, конечно. Дошло бы до начальства (а если бы Витька все-таки отправился на прием, то обязательно дошло бы), по головке не погладили бы. В лучшем случае разжаловали в ангелы-хранители, а то ведь могли же и в Ад на исправительные работы сослать, а там климат, сами знаете, не очень. В общем, подумал Витька, подумал, да и не пошел записываться на прием к Самому Главному.

Витьку, впрочем, жалели. Потихоньку открывали рано утром служебный вход и пропускали в подсобку, откуда было все видно, но сам он при этом оставался незаметен для любопытных глаз. Да и в остальном старались не обманывать. Всей страшной правды, конечно, не говорили: за развенчание веры в чудо знаете что бывает? То-то и оно! Но и не врали. Вот и получалось, что каждое утро Витька, окрыленный и полный надежд, бежал в Телепортационный центр, чтобы узнать последние новости, а потом весь оставшийся день ходил грустный-грустный, эти новости узнав. Он тоже в тайне от всех начал готовиться к возвращению ребят. Витька даже ненароком, чтобы никто не понял, поинтересовался у знакомого ангела дяди Коли, сколько в этом случае времени уйдет у ребят на адаптацию. Дядя Коля, конечно, обо всем догадался (не зря же он был старым, опытным ангелом, несколько веков прослужившим в должности ангела-хранителя), но виду не подал. Вместо этого он долго и подробно рассуждал о том, что жизнь (хоть на Небесах, хоть где) на самом деле иногда бывает довольно запутанной штукой. Он сам не единожды был свидетелем тому, как иной раз ситуация, казавшаяся на первый взгляд безнадежной, совершенно неожиданно для всех переходит во вполне нормальную стадию.

– Понимаешь, Витька, – говорил ангел дядя Коля, – жизнь это самая странная штука, которая есть на свете. Давно, когда я только пришел работать сюда, я был молодым неопытным ангелом, который искренне верил в предсказуемость линий судьбы. Ты ведь знаешь, что каждому ангелу-хранителю известна судьба его подопечного? Не досконально, конечно, а так, самые важные моменты. Ты думаешь, по какому принципу подбираются семьи для рождения? Конечно, очень важно, чтобы подготовленная к телепортации душа чувствовала себя максимально комфортно в той среде, которую выбрала. Но самым главным критерием является далеко не это.

Старый ангел вздохнул.