Читаем Может быть...(СИ) полностью

И он продолжил раздражать Голодное Древо при помощи всего, что попадалось под руку. Надо заметить, что лук не был частью привычного арсенала Тинин’ро. А жаль. Однако шаман и без того метко швырялся всем, чем мог, во врага.

Бейфонг не стала разбираться, что погнало ее подальше с этой Коховой ветви: совет Цахик или «растение», неаккуратно размахивавшее своими стеблями во время спуска. Женщина выстрелила тросами, надеясь, что неведомая опора выдержит, и прыгнула!

Опора выдержала. Почти. По крайней мере, Лин вскочила на ноги после жесткой посадки.

При ближайшем рассмотрении стало ясно, что шаман в худшем состоянии, чем виделось издалека.

«Отсиделся где-то, значит, и раны перевязал. Молодец. Д*рьмово, что хромает и за бока держится. Кажется, еще и на спине что-то. И он не в себе. Едва держится».

Оценивать весь спектр повреждений На’ви было некогда. Разозленная тварь сползла-таки и стремительно приближалась. Головы монстр выставил в авангарде.

Лин была вынуждена то падать, валя на землю юношу, то оттаскивать его в сторону от головы, вообразившей себя молотом и вгрызавшейся в поверхность Пандоры. И притом следить за своей безопасностью. Пока что их двоих не придавили, не разорвали и не отправили в нокаут лишь благодаря выраставшим то тут, то там колоннам и стенам. Конечно, все преграды рушились после первой же атаки. Но Лин ничего другого и не ждала. Нужно было срочно отступать. И только Бейфонг начала думать, что у них есть шансы на спасение, судьба обрушилась на нее ударом сзади. Позвоночник женщины выдержал, а вот нервы были на пределе.

«Две особи? Какого Ваату?! Мы на парочку нарвались! Потрясающе! А отчего не десяток? Я же таких по утрам мухобойкой размазываю!»

Бейфонг, даже несмотря на пятидесятилетний возраст, было далеко до матери. Например, в сравнении с Тоф земляная волна у нее получалась из рук вон плохо. Но то ли Лин себя недооценивала, то ли страх смерти столь плодотворно действовал на женщину: она умудрилась-таки, неделикатно обхватив На’ви, вышвырнуть обоих из окружения, пользуясь лишь одной рукой. Жаль — недостаточно далеко. Еще хуже, что прямо в дерево. В обычное дерево. Которое и не думало сдвинуться с места, даже после того как в него врезались два тела.

«Обидно. Мы даже не проверили».

В голове Лин раздавался вызывавший тошноту звон. Он мешал ориентироваться по слуху. Зато зрение услужливо показало обманчиво далекую раззявленную зеленую пасть. Даром что ее заволокло спустившейся с неба тенью. Вряд ли это был Санг. Слишком мало времени. Женщина из последних сил накрыла собой Тинин’ро и почувствовала, как в ее бедро и поясницу крепко вцепились когтями. Сквозь кашу, которая творилась в сознании, Лин различила только одну фразу:

«Держи! Держи его, если он тебе дорог!»

И она держала, повинуясь этому приказу. Кого держала? Неважно…

***

Странно. Слишком свободно для брюха Голодного Древа. И слишком шумно. Болтунов оно переваривает медленнее?

У Бейфонг жутко раскалывалась голова. Женщину мутило. Внутренности просились наружу через слишком тесное для них горло. Маг земли попыталась принять положение сидя, а потом как-нибудь унять позывы. Надо ли говорить, чем все закончилось?

Поскольку рядом не было обнаружено пачки салфеток, полотенец или любой другой тряпки, пришлось вытирать рот рукой.

«Там и без того еды не было, а теперь совершенно пусто».

— С возвращением, — у сцены, главная роль в которой досталась Бейфонг, были свидетели.

Лин повернула голову в сторону голоса. Где бы они ни были, по крайней мере, здесь был живой и жизнерадостный шаман. И это был явный плюс!

Минус заключался в том, что мальчишка, не спросив мнения Лин, запихнул ей в рот какую-то склизкую дрянь и заставил проглотить. Мага земли аж передернуло. Но на этот раз она совладала со своим телом.

— Где мы? — речь у Бейфонг была явно «на высоте». Она не отличалась выразительностью и четким произношением.

— В безопасности, — Цахик находился в лучшем положении, чем женщина, потому помог ей сесть и убрал с лица остатки «рвотных масс».

«Стареешь, Бейфонг! Не думала я, что так рано достигну поистине д*рьмовой отметки. Зря спасали, вероятно. Но хотя бы посмотреть на этих психов нужно».

«Психов» оказалось двое. Один абориген странной наружности и один икран.

— Это Леза’оуэ. Или просто За’о, — представил незнакомца шаман.

— Не могу сказать, что рада знакомству, — выдавила из себя Лин. – Нам нужно как можно скорее вернуться в деревню. Думаю, его, — едва кивнула она в сторону Тинин’ро, — уже ищут.

Чтобы преодолеть обратный путь, потребовались еще сутки. Икран — не бизон. И троих далеко не утащит.

«В чем преимущество людей, так это в том, что их техника может перевозить большое число пассажиров и при этом не уставать, не отвлекаться на поиски добычи и прочую ерунду».

Кроме того, Лин решила, что у Эйвы есть свое извращенное чувство юмора: речь шла о люльке.

Таковую наскоро соорудил для Лин За’о. Сопротивляться у женщины просто не было сил. Да и она честно признавалась себе, что не смогла бы сейчас ехать верхом.

Время отдыха сопровождалось рассказами обоих На’ви о том, что произошло.