Читаем Может быть...(СИ) полностью

«Ну, удачи им в начинаниях!»

Нынешнего пилота Док видела не в первый раз, а вот с охранником доселе знакома не была. Или, по крайней мере, они не виделись столь часто, чтобы женщина сумела его запомнить.

«Что ж, отсчет пошел!»

Да. Для Грейс, особенно когда она находилась в наихудшем расположении духа, доведение солдат до белого каления становилось чем-то вроде хобби. Можно сказать, люди превращались в своего рода сигареты. Разумеется, умом Док понимала, что поступает отвратительно, однако ничего не могла с собой поделать. Или не желала. Она слишком давно прекратила все попытки «самокопания» в данном направлении.

Итак, у Дока было полторы недели максимум, чтобы найти хоть какое-то решение. Иначе медики собирались пустить в ход другие варианты.

Почему они до сих пор не действовали по своему усмотрению?

Кто-то скажет, что за пятнадцать лет пребывания здесь вполне можно было изучить все вдоль и поперек и даже выработать тактику лечения.

Ирония заключалась в том, что человечество, не смотря на свой уровень развития, все также наступало на грабли под названием «Вдруг пронесет?!»

И поскольку гинеман был найден всего пару-тройку лет назад, а добыча образцов давалась не столь легко, установилась единственно логичная, по мнению Службы Безопасности, универсальная формула профилактики: «Не лезь к растению, если не хочешь подохнуть».

«Правда, что делать в случае, если твой начальник — идиот, и заставляет тебя же нарушать данный завет, никто не знает».

В итоге о течении патологического процесса ученые мало что знали.

А у медиков не было никаких гарантий, что иссечение пораженных напрямую тканей решит все проблемы.

Дело в том, что у бактерий действительно существовала жизненная форма, расплавлявшая окружающие ткани, подобно Clostridium perfringens, например. Однако с недавнего времени исследователи обнаружили еще одну форму тех же микроорганизмов, поначалу принятую за иной вид. Она, в отличие от первой, обладала подвижностью, способностью размножаться и мигрировать в ткани. И вот тут возникало сходство с жизненным циклом хламидий.

Также, как выяснилось на днях, переходу из одной формы в другую вполне могли препятствовать антибиотики, находившиеся в распоряжении людей, а низкие температуры нарушали выработку токсинов. Но длительность данных эффектов до сих пор оставалась под вопросом.

«Не хотелось бы подвергать ребят заморозке, могут не выдержать…»

И на этом — все.

Что вызывало сепсис, симптомы которого проявлялись у уже почивших солдат, до сих пор не было известно. То ли собственная взбесившаяся условно-патогенная микрофлора, то ли бактерии гинемана, то ли все вместе…

«В результате у меня есть полторы недели максимум, чтобы найти хоть какое-то решение, прежде чем начнется активное распространение бактерий, и последние, в свою очередь, начнут мигрировать в ткани, разнося там все к х*рам… Превосходно! Или я успею вернуться вовремя, или из людей можно будет делать суп! Вспоминаю старый фильм. Как его там?.. Миссия Невыполнима!»

***

Смоляное лезвие разделочного инструмента в руках Тсу’тея плавно, но достаточно быстро скользило между кожей зверя и лежавшими ниже слоями плоти, отделяя их друг от друга. Чтобы укорить процесс, свободный край шкуры, слегка натянув, придерживали Нейтрири и Ралу.

На одно животное вполне хватало троих охотников. Некоторые предпочитали работать попарно. Но, зачастую, численность членов «бригады» варьировала, по мере появления свободных рук.

Дел хватало всем: свежевание, установка стоек для копчения, упаковка мяса в листья тсаулапъа, транспортировка.

Кто-то должен был следить за безопасностью мероприятия и подать сигнал, если приближался хищник.

На вооружении у На’ви были трещотки, сделанные из листьев пъюта. А также использовался запах ленай’га. Первое должно было создавать у зверей ощущение, что где-то неподалеку находится роща деревьев, листья и шипы которых в ветреную погоду могли причинить животному если не серьезный ущерб, то, по меньшей мере, неприятные ощущения. Второе имитировало меченую территорию существа, обладавшего довольно сильным ядом. В особенности подобный трюк помогал против нантангов, но и палулукан не решался лишний раз соваться к такому «соседу».

И если учитывать, что звуки, издаваемые трещотками, являлись хорошим аккомпанементом для песен, то можно было с уверенностью заявить, что данному процессу сопутствовала довольно приятная для На’ви атмосфера.

— На этот раз, ты проиграл! — подначила Нейтири, сворачивая кусок шкуры.

Тсу’тей, улыбаясь, покачал головой.

«В кои-то веки убила на одного талиоанга больше и радуется!»

Нейтири. Кем она была ему? Да, конечно, Эйтукан и Мо’ат все уже решили и даже получили одобрение Матери, но…

«Нет! Только я один все постоянно порчу своим поведением! Но на этот раз все будет по-другому… »

С удивительной легкостью охотник отринул подобные мысли и, весело болтая с дорогой ему девушкой, помог ей прицепить груз к седлу па’ли.

— Твой наряд? Он готов? — поинтересовался мужчина.