Читаем Может быть...(СИ) полностью

Фтуэ’эконг не мог выкинуть из головы спор с Тсу’теем. Разумеется, тему они больше не поднимали. Не следовало насаждать свои порядки в новом доме. Все было относительно спокойно: Уэу продолжала учиться контролю и возвращалась в синяках, проклиная Лауну. Сноходцев никто не трогал, соблюдая уговор. Иногда Лин куда-то пропадала из деревни, но куда именно неизвестно: новеньких в такие дни оставляли около Келутрал. Разумно, учитывая что взаимная неприязнь не гасла. Уэу ненавидела Лин за предательство и за уроки, на которых приходилось заниматься то поиском металла, то изготовлением фигур. Стоило воительнице создать нечто похожее на оружие и метнуть его в Лин, как она получала обратно свой же снаряд и камни специально от Лауну. Последняя и так могла померяться с Уэу силами, а теперь, когда сопернице запрещалось отвечать, развлекалась по полной.

Фтуэ’эконг чувствовал, что их разъединение с Лин не прошло без потерь: у него убавилось напарников для тренировочного боя. Приходилось упражняться с минью.

Воин раз за разом старался уклониться от гибких стеблей лилии, пытавшихся его опутать, и блокировал каменными преградами листья, стремившиеся отшвырнуть наглого На’ви подальше. Фтуэ’эконг пытался просчитывать, сколько времени требовалось растению для новой серии ударов и захватов. В чем-то это было даже интереснее поединка с другим На’ви или зверем. Растения реагировали по-иному. В ином ритме. Каждый раз воин выбирал себе новую особь, чтобы не истощить предыдущего «соперника» до смерти. Впрочем, иногда первым без сил оказывался именно мужчина. В отличие от зверей и воинов, вызвать у растения гнев или ярость было невозможно. Во всяком случае, у этого. Оно прекращало размахивать стеблями, как только Фтуэ’эконг оказывался на приемлемом, с точки зрения минью, расстоянии.

Конечно, он дрался и с Уэу, в свободные от обучения и охоты часы. Против Танхи не мог выйти. Рука не поднималась. Другое дело — упражнения на контроль или на «зрение», но в них он своей супруге безутешно проигрывал. Уэу тоже терпела неудачу.

— Тебе не надоедает, — озвучивал очевидное Хукато.

Фтуэ’эконг пропустил удар и улетел в ближайшие кусты. Закрывать глаза было неудачной идеей. Все же минью больше двигалась над землей, нежели по ней. И провернуть с ней тот трюк, который Лин проделывала с учениками, не получилось.

Выпутываясь из побегов, воин случайно задел фкаъакеулл. И теперь под лопаткой знатно чесалось. Откинув косы назад, Фтуэ’эконг издал полный досады рык: по собственному опыту На’ви знал точно, что вскоре зуд станет нестерпимым.

— Что случилось?

— Фкаъакеулл, — отвечал воин, указывая за спину.

Хукато разразился смехом.

— Что ж, — крякнул проводник, поднимаясь, — пойду поищу для тебя лист пайулл, а потом — к Уэу или Мо’ат.

Фтуэ’эконгу возразить было нечего. Он усиленно сосредотачивался, чтобы не начать чесаться.

***

— Почему? — продолжала жаловаться Лауну, обхватив себя руками. — Она не заслуживает!

Лин с сожалением посмотрела на оголившуюся девушку, стоявшую по пояс в воде. Уэу влияла и плохо, и хорошо. С одной стороны, подначивая противника своим типичным равнодушным тоном, стерва заставляла Лауну прогрессировать в магии земли. Но девчушке хотелось большего.

— Научи меня, Тсмуке а карр.

«Я вообще никого из вас не желаю этому учить. Если бы ты кинулась на бульдозер — погибла бы зря!»

— Я уже говорила тебе, — разматывала повязки на локтях Бейфонг, — не у всех получается. Уэу, будь она неладна, повезло. Твои попытки могут занять годы.

К счастью, синяки становились все меньше, и отека не было. Хийик дал добро на водные процедуры в типичном варианте. И слава Духам! Потому что обтирания магу земли надоели.

Лауну начала что-то говорить, но Лин в этот момент резко окунулась с головой. Все звуки отрезала вода, заполнившая уши.

«Какого Коха я не родилась на Полюсе? Или на Болоте хотя бы».

Лин не хотелось всплывать, тянуло просто отдаться течению, позволить унести себя с мелководья в глубину. Но не став испытывать объемы легких, маг земли вынырнула. Поверхность едва достигала ее груди. В состоянии Лин заходить глубже было бы неразумно. Одно дело магия, другое — открытая схватка или борьба со стихией, которых Бейфонг по возможности старалась избегать.

Лауну все еще смотрела с ожиданием.

Уперев руки в бока, Бейфонг смерила ее взглядом еще раз и вздохнула.

«Чую, отказом дело не кончится. Не выкинула бы ничего».

— Я дам тебе материал. Не ной, если не получится.

Глаза девушки едва ли не светились. И даже налипшие на лицо волосы не мешали этого заметить.

«А хвост наверняка подергивается от нетерпения».

— И не приведи Духи, ты еще раз кинешься в бой без раздумий, — Лин вернулась к берегу за оставленной там травой. Так называемая чистая трава или ларозэсуа кое-как пенилась, если ее стебли нарезать и намочить.

— Не сиди долго в воде, — шелестел соседними кустами Хийик. Он ненадолго отлучался, пополняя свои запасы. Но и за больной, к ее сожалению, следить не забывал. Повезло, что во время разведки он был занят лечением детей Оматикайя.