Читаем Может быть...(СИ) полностью

“Кава — опьяняющий напиток, приготовляемый из корней одноимённого растения. Распространён в государствах Океании, в частности, по всей Полинезии. Основные активные вещества кавы — кавалактоны, действующие как релаксанты и имеющие также антибактериальные, анестетические и мочегонные свойства. У людей, пережёвывающих корни кавы, немеет рот. Употребление внутрь вызывает сонливость и расслабленность, и многие авторы противопоставляют её действие действию алкоголя, Несмотря на психоактивное действие, кава не вызывает привыкания”.

Инструменты для внутривенных вливаний придуманы не мной — взяла из статей по истории. И я знаю, насколько такие манипуляции сложны в реальности, но все же решила оставить их в тексте.

Запрет на оружие массового уничтожения придуман не мной.

— Еще раз прошу прощения, — Хийик покрывал целебной мазью темные пятна на сгибах локтей Лин.

Его извинения были проигнорированы: магу земли надоело убеждать На’ви в том, что она не злилась. Еще пару недель назад Лин думала, что видела большую часть мерзостей этого мира. Она очень глубоко заблуждалась!

Как выяснилось, потасовка с За’о оставила после себя не самый приятный подарок: стрелы странника, зубы Санга и «грязевая ванна» занесли в тело Лин, и без того ослабленное болезнью, новую порцию заразы. Неудивительно, что нашедший женщину через несколько часов Хийик был зол. Он обтирал ее каким-то отваром, разбавленным холодной водой. Потом поил мага земли отвратительным по виду, хвала Духам, что не запаху, средством, и промывал раны, оставленные зубами Санга. Не забыл напоследок смазать чем-то края повреждений. Почему Мо’ат не занялась лечением Бейфонг? Цахик предстояла задачка посложней: узнав от Хийика о раненом Санге, Мо’ат поспешила к зверю, которому тоже требовалась помощь. Каким образом производился процесс лечения икрана, Бейфонг не сообщили. Вероятно, За’о помог усмирить Санга. А Цахик вместе с другими Оматикайя вернулась ближе к вечеру. Взмыленная и злая. Заявив, что жизни икрана ничего не угрожает, она удалилась на верхние этажи Келутрал.

Бейфонг не расспрашивала шамана ни о чем, ни в тот день, ни в последующие. Потому как болезненное «веселье» только начиналось.

У Лин было множество действительно страшных ситуаций, в которых ей приходилось оказываться за всю свою жизнь, однако последующие две недели она просто МЕЧТАЛА забыть. Собственный организм мстил ей, как только мог. Жар, рвота, острая боль в каждой мелкой царапине, страшный зуд от полосы на спине, частые «позывы» — далеко не полный список. Удар был нанесен не только физическому, но и моральному благополучию мага земли. Она предпочла бы еще раз поиграть в догонялки с Пи’ли, вместо того чтобы болеть на Пандоре. Бейфонг до смерти хотелось придушить За’о! Ведь если бы не желание странника устроить балаган со сражением, Лин не пришлось бы переживать все это д*рьмо!

И Хийик предложил магу земли ускорить выздоровление способом, не так давно поведанным лекарю Мо’ат. Сама Цахик не соглашалась применять такие методы — считала, что процесс лечения сопровождался неоправданным риском из-за сложности исполнени. И заявила, что Бейфонг стоило просто потерпеть.

Суть этого«опасного лечения» заключалась в том, чтобы ввести в тело Лин сильно разведенное водой снадобье, но иным путем. Сперва, следовало обработать место разреза концентрированной кавой, затем рассечь кожу и находившийся под ней «путь жизни», который на самом деле был кровеносным сосудом, хотя Лин поначалу ошибочно ассоциировала его с путями ци. Так или иначе, внутрь раны погружался очин пера, и по полому стержню в «путь», вливался раствор, набранный предварительно внутрь плавательного пузыря рыбы.

Собственно сами Оматикайя узнали о данном способе от одного из Сноходцев. Звали его Харпер. Он каким-то образом смог совместить два вида медицины и даже помочь паре Оматикайя. Но на поток поставить эту методику не удалось.

Надо сказать, в тот момент Бейфонг искренне пожалела, что под рукой не было ни одного мага воды, который мог бы излечить ее тело при помощи своих способностей. Увы, под рядом оставались только На’ви.

И несмотря на то, что идея была понятна, подробности реализации настораживали. Во-первых, количество «вливаний», коих требовалось от десяти и более, а во-вторых не было опытного исполнителя, который согласился бы провести процедуру. Кроме прочего, сделать удачный прокол получалось далеко не всегда, потому требовалось как можно дольше оставлять перо в ране, а для сохранения проходимости стержня промывать его и цеплять на больного отрезанные стебли растения под названием уснаэк рейпэй, что в буквальном смысле значило — пьющий кровь. Вещество, выделяемое кровожадными побегами, оттягивало момент сворачивания крови. И это же рождало очередную проблему: Лин категорически нельзя было получать новые повреждения.

И все же желание как можно скорее покончить с болезнью победило: Бейфонг дала согласие сомнительные на процедуры.