Читаем Мозг против мозга. Mind vs brain полностью

Не следует понимать предыдущий абзац как указание на грядущий отказ от концепции однородности пространства в объеме мозга – лишь как довод в пользу того, что не надо ставить ограничений в идеях. Из-за успехов науки (особенно технологии, где все значительно более определенно) создалось представление, что все выходящее за рамки устоявшихся предположений неверно, некачественно установлено и вообще «не так пахнет». Установились жесткая цензура и самоцензура, не позволяющая иногда даже продумывать, не говоря о том, чтобы ставить эксперименты по проверке фантастических гипотез. Естественно, что любые наблюдения такого рода выглядят сомнительно, но априорно отрицать, может быть, не стоит.

Таким образом, можно сделать предположение, что если физиологический эксперимент сделан качественно, исключены все возможные неучтенные влияния и в итоге получаются результаты, не согласующиеся с основными принципами современной науки, то такие результаты имеют право на существование. То есть даже (выскажу совсем крамольную мысль) нарушение закона сохранения энергии или каких-либо подобных фундаментальных положений не должно автоматически означать, что эксперимент сделан некачественно, и служить основанием для прекращения обсуждения.

Конечно, надо понимать, что в громадном большинстве случаев такие нарушения вызваны просто нечеткой постановкой эксперимента. Суть же наших утверждений в том, что нет никаких значительных оснований говорить об их принципиальной невозможности. Соответственно, если такие непонятные и скандально нарушающие законы природы факты будут обнаружены, то, скорее всего, придется для их объяснения использовать какой-либо другой (заранее нельзя сказать какой) математический аппарат.

В заключение попробую сформулировать некоторые утверждения, доказать которые мы пока не в состоянии.

1. Математический и методологический подходы к исследованию мозга, применяемые в настоящее время, не оптимальны.

2. Следует ожидать появления наблюдений, нарушающих какие-либо из «фундаментальных» законов.

3. Выход из сложившейся ситуации, скорее всего, будет состоять во введении новых постулатов и создании адекватного аппарата.

4. Практический вывод: не следует считать нарушение закона природы основанием для прекращения дискуссии и априорного заключения о ненаучности работы, следует уменьшить порог самоцензуры и иногда позволять себе предполагать «запретное» при непременном условии, что вся работа сделана на хорошем лабораторном уровне.

Как я уже говорил, у нас нет понимания логики человеческого мозга. Мы не можем оценить влияние всех факторов. Поэтому, скорее всего, появление парадоксов или нарушений будет указывать на неизвестный фактор или неизвестное его поведение. Знание этого будет прорывом.

И все-таки может ли наш человеческий мозг познать мозг, то есть самого себя? Мне кажется, до конца не может. Но выявить основные законы, по которым мозг работает, скорее всего, сможет. А может быть, большего и не надо. Я не думаю, что взаимодействие (а именно взаимодействие между клетками определяет возможности мозга) 10 или 100 миллиардов нейронов может быть точно описано. Нужен объем компьютерной памяти, сравнимый с числом частиц в видимой нами Вселенной. А ведь полное знание подразумевает точное описание. Хотя этот прогноз так же ненадежен, как и все другие.

Однако ответ на вопрос, как работает мозг, мы получим. Мне дает основание так полагать тот факт, что число научных открытий в исследовании мозга не прекращается. Такое ощущение, что мозг шутя раскрывает свои тайны, полагая, что этих тайн так много, что можно немного «подкинуть» и нам, любопытствующим ученым. Но с каждым открытием мы не просто узнаем новые факты – мы узнаем новые закономерности, нам (хочется думать) удается пусть немного, но «перехитрить» наш мозг. А это уже путь вперед. Это будет долгий путь. Но не забудьте, что последние острова были открыты в XX веке, а мореплавание началось невообразимо давно.

Конечно, возможна другая ситуация, описанная в шутках физиков. Ангел: «Господи, они построили новый суперколлайдер». Господь: «Добавим новый нелинейный член в уравнение единого поля». Но я верю, что природа сложна, но не злонамеренна, а настоящего ученого ничто не остановит. Поэтому то, что нам нужно, мы узнаем.

Я рассказал о том, что есть. А теперь пофантазируем немного о том, что может быть. Мы сейчас находимся в ситуации, которая произошла в мире персональных компьютеров. IBM-платформа – далеко не самая лучшая из возможных, но уже накоплено такое количество софта, что перейти на что-нибудь другое практически нереально.