Читаем Мозг Эйнштейна полностью

Когда он подошел к калитке, Яна воскликнула: Шимон! — и сразу повела его в дом. Снова, как прежде, они сидели на красивой веранде, откуда открывался вид на далекие окрестности, и она снова открыла бутылку вина.

— Словно ничего не изменилось за эти десять лет.

— Если не считать моего замужества. Кроме того, я работаю чертежницей…

Значит, у нее муж, работа, дети… Наверное, и не вспоминала о нем.

— Я часто думал о тебе.

— Почему? Ты свой выбор сделал.

Он объяснил, что другого выхода у него не было — ему хотелось пробиться, попасть на научную работу, и дочь оптового торговца была бы для него обузой. Во всяком случае, так ему тогда казалось. Но он любил ее больше всех.

— Хоть теперь не оскорбляй меня, — возразила она. — И себя в первую очередь.

Бауэр так и не понял ее.

— Ты изменилась, Яна. Я хотел сказать… приехал спросить, не согласилась бы ты теперь, спустя столько лет… Сейчас я уже не стану считаться ни с чем.

Она рассмеялась и побежала в сад — услышала, что ее младшенький плачет.

Шимон встретился с ее отцом. Пан Мрачек был все тот же. Смакуя, отпил несколько глотков вина.

— Во всем виноват ее муж. Вышла за какого-то организатора. Он не испугался такого тестя. Но я всегда предпочитал вас. Мы лучше понимали друг друга. Пойдемте! — Они вышли. За домом стоял большой обшарпанный геликоптер. — Разъезжаю. Как в былые времена. Иной раз удается неплохо заработать. Особенно если подвернется что-нибудь новенькое. Слышали вы уже о новых рубашках из искусственного волокна? Это поэма; могу вам уступить одну по дешевке.

— А вы все еще мечтаете иметь много денег? — усмехнулся Бауэр. Мрачек не понял. — Ну, сумели бы вы истратить, скажем, миллионы?

— А у вас они завелись? Если вы не знаете, что с ними делать, обратитесь ко мне, я посоветую. Тратить тоже надобно умеючи, голубчик, в этом деле нужны опыт и размах, а у кого они сейчас есть? Мы, старики, вымич раем, а кто идет нам на смену? Совершенно некультурные парни. Я бы вам все организовал: отдых на юге, зиму в Египте, круглый год — вечную весну, к завтраку икру. Если понадобится — приходите ко мне. У меня когда-то действительно были миллионы. Могу показать вам свои чековые книжки.

— Я знаю, — сказал Шимон. Он уже много раз видел довоенные обесцененные чековые книжки Мрачека.

Яна так и не появилась, и Мрачек проводил Бауэра на вокзал. Итак, здесь ничего не вышло. Возвращаться ему некуда. Он отправился в Прагу курьерским ракетным поездом. Это было удобнее, чем переполненные аэробусы.

Шимон не знал, где бы ему остановиться. К жене он возвращаться не хотел. Собственно, у него родилась неплохая идея: взять годичный отпуск. Отдыхать целый год где-нибудь у моря. Он это заслужлл. И там на досуге обо всем спокойно поразмыслить. Год каникул. Нет, два года. Он никогда не любил Жюля Верна. А кончил тем, что стал изобретателем. Вот как. Шимон остановился в отеле и там роскошно пообедал. Потом взял из банка свои вклады: накопления у него были солидные. На улице он заговорил с двумя барышнями, которые оглянулись на него. Накормил их обедом, а в пять часов угостил чаем. У одной из них был серебряный зуб. Другая все время несла чепуху. В свой отель он вернулся в одиночестве. Был уже порядочно пьян. Заказал в баре французский коньяк, но больше шести рюмок не одолел и стал путать бутылки с барменшей. Видно, всего не выпьешь, даже если ты миллионер. Мрачек, пожалуй, неправ. Голова у него кружилась. Официанту пришлось отвести его в комнату.

Утром Бауэр отправился в институт. Может, они там по зрелом размышлении все-таки согласятся на его условия. Он представлял себе, как заведет там свои порядки, как заставит их ходить по струнке! Увидим. Заглянул к инженеру Мартену. Этот брюзга получил в институте последний патент. Рационализировал использование изотопов. Интересно, сколько он за это получил?

— Не знаю, — ответил Мартен и как-то странно посмотрел на Бауэра. — Право, не знаю.

— Хочешь сказать, что ты и не поинтересовался?

Бауэр вспомнил, что у этого чудака нет даже старомодного автомобиля.

— Да. Деньги мне, собственно, ни к чему.

Мартен не только чудак, он просто глупец. Шимон пошел к Ковалю. Но тот, не глядя на него, прочел постановление. Бауэру предлагались какие-то проценты. Автомат будет применяться и за границей. Сумма получается огромная. У Бауэра дух захватило. Он поблагодарил и направился к двери. Но тут же вспомнил, что хотел попроситься в отпуск.

— А как же ваше изобретение? Я думал, что вы по крайней мере добросовестный работник.

— Разве поступили какие-нибудь жалобы? Аппарат работает неточно?

— Жалоб нет. Но вас, наверное, заинтересует, что через два дня после вас заявку на подобный патент подал Вельдеси из Будапешта.

— Но первым-то все же был я!

— Бесспорно. Это ваше изобретение. Все газеты об этом пишут. Журналисты, как обычно, фантазируют вовсю. И Вельдеси приглашает вас в свой институт. Надеюсь, что вы поедете.