Читаем Мотылек полностью

Закупать продукты и реквизит мы отправились всей компанией. С этой целью наняли рыбака-китайца вместе с его вместительным баркасом и отправились вверх по реке. В винной лавке нам отпустили в кредит всевозможные напитки. Мне доверяли, и я обязался платить каждый месяц от продажи, сверяясь с накладной. Новые поставки будут производиться по нашему запросу по мере необходимости. Купили подержанный граммофон и несколько стареньких пластинок, чтобы заполнять паузу, когда наша пианистка устанет мучить свой инструмент. Я разыскал одного индуса, в свое время скупившего барахло у бродячих артистов. Набрал у него разных платьев, юбок, черных и цветных чулок, поясов и лифчиков. Отобранный реквизит оказался в хорошем состоянии и отличался буйством расцветок. Теперь у моих артисток появился гардероб.

Квик, не теряя времени, закупал деревянную мебель и кровати; Индара – стаканы и все, что нужно для бара; я – напитки и все остальное по артистической части. Пришлось попотеть, чтобы все успеть: через неделю открываем заведение. Управились вовремя, баркас полностью загружен материалами и продуктами. Все заняли свои места, и мы двинулись в путь.

Через два дня мы прибыли в деревню. Появление десяти девушек в лесной глуши произвело настоящую сенсацию. А мы сразу же отправляемся к «Бамбуковой хижине» – так мы окрестили свой ночной бар. Каждый несет свой узел.

Начались репетиции. Научить моих артисток стриптизу не очень-то просто. И прежде всего потому, что я очень плохо говорю по-английски и мои пояснения туго доходят, а потом, девочки привыкли раздеваться в темпе, чтобы побыстрее обслужить клиента. А теперь все наоборот: чем медленнее раздеваешься, тем больше секса. Каждая девочка должна иметь свой сценический образ, гармонично сочетающийся с ее нарядом.

Маркиза, выступавшая в розовом корсете, кринолине, в длинных кружевных панталонах, медленно раздевалась перед огромным зеркалом за ширмой, что позволяло публике видеть каждый кусочек постепенно обнажаемого тела.

Ее сменяла девушка по прозвищу Прыткая, с гладким, аккуратно подтянутым животиком и кожей кофейно-молочного цвета с преобладанием светлых тонов – великолепный образчик смешения крови белого мужчины и метиски. Она удивительно хорошо сложена, а оттенок слегка поджаренных зерен кофе лишь подчеркивает правильность форм. Длинные черные волосы свободной волной падают на плечи, божественные в своей округлости. Полная высокая грудь смотрится превосходно, несмотря на некоторую утяжеленность. Соски чуть-чуть потемнее и почти сливаются с ней. Наряд, в котором она выступает, весь в застежках-молниях. Она выходит на сцену в костюме ковбоя: на голове шляпа с широкими полями, белая рубашка, на манжетах кожаная бахрома. Ее появление сопровождается звуками военного марша, сапожки сами собой слетают с ножек поочередно. Разом расстегиваются молнии на бедрах, и брюки падают к ее ногам. Летят застежки на рукавах – и рубашка распахивается.

Это потрясающее зрелище. Публика в отпаде. Обнаженная раскрепощенная грудь Прыткой в гневе и ярости выбрасывается наружу, как бы вырываясь из долгого заточения. Обворожительные бедра и стан. Прыткая, широко расставив ноги и упершись руками в бока, рассматривает зал, затем снимает шляпу и бросает ее на первый попавшийся столик у сцены.

Прыткая не манерничает и не делает стыдливых движений, как бы в нерешительности, когда дело доходит до главного. Она распахивает трико с обеих сторон и скорее срывает с себя, чем выходит из него. И в тот самый момент, когда она предстает перед публикой в костюме Евы с «велюровым бутоном» напоказ, другая девочка передает ей огромный веер из белых перьев. Она раскрывает его и прячется за ним.

В день открытия «Бамбуковая хижина» ломилась от гостей. Присутствовала вся администрация бокситного рудника. Шоу закончилось танцами. Уже светало, когда разошлись последние посетители. Успех грандиозный – большего нельзя было ожидать. Не обошлось без дополнительных затрат, но высокие цены с лихвой компенсировали расходы. Создавалось впечатление, что развлекательные программы кабаре в лесной глуши в скором времени обеспечат ему такую популярность, что для всех просто не хватит места.

Мои четыре черненькие официантки не успевали выполнять заказы. В коротеньких юбках, блузках с глубоким вырезом и красных платочках они выглядели очень эффектно, производя сильное впечатление на гостей. Индара и Дая присматривали каждая за своей половиной зала. Квик и однорукий хозяйничали за стойкой бара, принимая многочисленные заказы. А я везде поспевал, поправляя то, что не ладилось, и разряжая обстановку там, где это требовалось.

– Вечер удался на славу, – сказал Квик, когда официантки, артистки и сам хозяин остались одни в огромном помещении. Сели за стол одной большой семьей подкрепить свои иссякшие силы – и патрон, и служащие. Валились с ног от усталости, но были счастливы. Потом все отправились спать.

– Папийон, ты не собираешься вставать?

– А который час?