Читаем Моцарт полностью

Все кругом воры, взяточники, маньяки и убийцы, армия распущена, земли распроданы, богатства недр дьявольским образом утекают за чей-то рубеж, люди влачат жизнь в бедноте, церковь продажна, власть порочна, кто-то выжимает лучшие мозги у учёных и отправляет их в неведомые мне США, где творятся вообще странные вещи, ибо это — Империя Зла!

Я уже почувствовал, как у меня волосы на голове шевелятся от ужаса, но потом прочёл, что скоро всё изменится, ибо вот-вот к власти придёт ЛДПР и расстреляет всех плохих, а всем хорошим даст счастье! У меня отлегло от сердца, ну хоть кто-то взялся помочь Господу очистить мир от происков Сатаны…

— Свободных мест нет, — остановили меня на входе двое тяжёлых ребят с бритыми головами.

— Благородные стражи, меня должна ждать здесь рыжеволосая девушка по имени Сильвия.

— А-а, герцогиня, что ли? — понимающе кивнул один. — Вон она, у сцены зажигает!

Однако… не знаю, с чего это вдруг она собралась поджечь данное питейное заведение, но отметьте, как быстро её все запомнили, даже охрана!

— Сам-то тоже из дворян? — без улыбки поинтересовался другой.

— Нет, я ангел.

— Чё, в натуре?

— ???

— Серёга, не тупи, пропусти чувака, — прикрикнул второй. — Ангел так ангел. Как зовут-то?

— Моцарт.

Больше мне вопросов не задавали. Пока я шёл через длинную залу, освещаемую дикими вспышками света, под бьющую по ушам музыку, то никак не мог отделаться от страшного ощущения холода под лопатками. Такое бывает, когда кто-то целится в вас сзади и оборачиваться нельзя, но надо успеть услышать щелчок спущенной тетивы, а потом упасть вбок за мгновение до того, как вас пронзит арбалетный болт. С пулей проще, наш сержант уверял, что чует запах пороха за двести шагов. Я не проверял, но нет причин ему не верить — ангелы не лгут.

— Эй, трактирщик! Всем вина за мой счёт! — Пьяно пританцовывающая на сцене Сильвия под грохот аплодисментов швырнула стройному прилизанному официанту золотое кольцо с крупным рубином.

Я вовремя шагнул к ней, едва успев поймать на руки, когда она умудрилась споткнуться о подол своего же платья.

— Ох, потроха святой Терезы, как же меня… развезло-о, хоть я и не пьянею… Моцарт? И где тебя носило? Ты меня бросил… Все вы, мужики, такие… сначала взял, потом бросил… ик!

— Где твой столик? — стиснув зубы, прорычал я.

— Там! — Она сделала неповторимое круговое движение головой, хлестнув меня рыжими кудрями по носу.

Я обвёл взглядом зал, нашёл предмет её одежды висящим на спинке стула и уверенно понёс даму в нужном направлении, раздвигая плечом танцующую публику. Почти высохший плащ моей невольной спутницы честно стерегла незнакомая мне девушка с коротко стриженными (как у преступницы или чумной) светлыми волосами, круглым лицом и честнейшими зелёными глазами под прозрачными стёклышками очков. При виде меня она испуганно ойкнула, пододвинула стул, куда я бесцеремонно сгрузил герцогиню, и быстро спасла от неё свой конусообразный фужер с прозрачным напитком с запахом полыни и оливкой на дне.

— Позволяйте представить тебе обоим, — совершенно несуразно начала Сильвия, принимая вид королевы на троне. — Моего верного рыцаря, спасителя и пре…за…ступника — ангела по прозвищу Моцарт! Нет, он вроде говорил мне, как его зовут на деле самом, но… упс… я всё простила. Нет! Я забыла, а он простил, вот так точне-е-е…

— Рита, — очень тихо представилась девушка, сняв и снова надев очки.

— Моцарт, — буркнул я, опускаясь на свободный стул напротив. — Спасибо, что приглядели за её вещами. Сильвия, нам пора.

— Куда? — охотно вскинулась та, пытаясь одновременно схватить (слава архангелам, разряженный) пистолет, наплечную кожаную сумку и надеть тяжёлый плащ.

В результате, разумеется, запеленала сама себя и рухнула под стол. Я глухо застонал и дважды стукнул себя кулаком в лоб. Рита мигом пододвинула мне бокал. Я осушил его почти одним глотком, едва не подавившись оливкой, дрянь какая… Нет, винцо было женским, лёгким и сладеньким, но зачем оливку-то туда?

— Мне заказать вам ещё мартини? — почему-то закашлявшись вместе со мной, предложила блондинка. — Или, наверное, лучше водки?

— Да! — громко раздалось из-под стола.

Я на всё махнул рукой, и вышколенный трактирный слуга в белой рубашке с чёрным бантиком на шее быстро принёс холодную стеклянную бутыль, три маленькие стопки и нарезку твёрдой колбасы.

— Горячего не желаете? Бефстроганов, стейк из говядины, шашлычок?

— Чёрный хлеб, — припоминая, сколько монет у меня в кармане, попросил я.

Как правило, у ангелов нет денег, это верно. Но те, кто считает, что на нашей работе можно питаться только одним святым духом, тоже глубоко ошибаются. Нам никто не платит жалованья, однако, отправляя на задание, начальство иногда вынуждено давать немного золота или серебра на карманные расходы. Тем более когда работа не на один день и случиться может всякое — война правил не соблюдает.