Читаем Моцарт полностью

— Могу лишь надеяться, что твою рыжую подружку не заметут в полицию за торговлю чужими часами, цепочками, перстнями, зажигалками и сотовыми. Где она находит столь чудесных партнёров для азартных игр? Я тоже таких хочу!

— Лучше скажи, какие у нас планы.

— О, и ты, Брут, хочешь жить? А вот с этим, увы, облом. Сегодня нас убьют. Всех.

— Есть предложения?

— От тех, кто убьёт?

— Я серьёзно.

— И я серьёзно. Поэтому моё предложение одно: давай обнимемся и поплачем вместе, пока девчонки не видят…

Вот в этом вся их вампирская суть: чуть где запахло жареным, они складывают лапки, ложатся в гроб и терпеливо ждут удара осиновым колом в сердце. Вампиры обожают нападать из засады, и в этом им нет равных! Никто лучше их не спрячется в ночной тени, не влезет в форточку, не вскроет замки, не подкрадётся бесшумно на цыпочках, не усыпит жертву мёртвым дыханием и сладострастно не вонзит клыки в шею. А уж как они умеют просто бросаться на спину и рвать человека из расчёта трое на одного…

Но стоит оказать им хотя бы малейшее сопротивление, сразу тушуются и обижаются. А уж когда кто-то охотится на них самих — горестному возмущению вампиров нет предела. Мир перевернулся-а! Пища взбунтовалась, не мы хватаем людей, а люди нас. Кто позволил, кто посмел, сейчас же извинитесь и верните всё на круги своя!

— О чём задумались, маэстро Моцарт? Сочиняем новый реквием?

— Мне нужно оружие. Настоящее. Что-то посерьёзнее толедской стали.

— Допустим. — Вик опустил глаза.

— А потом ты скажешь мне, где находится община. Я пойду туда и убью всех, пока они спят.

— Не слишком-то благородный поступок, ангел…

— Поэтому оставим его на моей совести. Итак, оружие?

— Два пистолета Макарова, здесь, в гараже, в углу, под тряпьём и мусором, завёрнуты в промасленную бумагу. Но про общину я тебе ничего не скажу…

Я молча шагнул в угол, разгрёб всё, что там было, и достал два тяжёлых свёртка. В одном оказались две коробки патронов, в другом — два чёрных пистолета. Мне хватило трёх минут, чтобы понять принцип действия. Схема, по существу, одна, так что не намного сложнее кремнёвого. Я сделал несколько щелчков вхолостую, потом, не торопясь, набил две обоймы, зарядил оружие и, поставив на предохранитель, положил стволы в чёрный полиэтиленовый пакет. Туда же отправились оставшиеся патроны и мои ножи.

— Куда мне ехать? — Закончив приготовления, я выбрал из кучи тряпок более-менее целую футболку, натянув её на плечи.

— Туда же, где мы были вчера, — хрипло откликнулся Вик, чувствовалось, что слова даются ему с трудом. — За библиотекой, два квартала влево, не доходя до угла, найдёшь канализационный люк. Но предупреждаю сразу — тебе не дадут к нему приблизиться. Там серьёзная охрана. Не все вампиры боятся солнечного света…

— Знаю, те, кто пьют ещё и кровь животных, достаточно устойчивы к кратковременному воздействию солнца. Они и охраняют общину?

— Да. Парни не любят огнестрельного оружия, как и просто огня. Но холодным вооружены все, и владеть им они умеют.

— Учту. До встречи.

— На небесах? — криво улыбнулся Вик, затем сунул руку в карман и вытащил несколько смятых купюр. — Возьми, доберёшься на моторе. Мне на том свете деньги без надобности. Меня по-любому грохнут.

— Дождись девушек и никуда не отпускай, — попросил я. — Если не вернусь после обеда…

— Нет уж, ты вернись! Иначе твоя экспрессивная подруженька заболтает меня насмерть, а потом ещё сделает контрольный выстрел в голову из своего музейного антиквариата! Надеюсь, он у неё не заряжен солью? А то вдруг промахнётся из принципа и пальнёт существенно ниже…

Я кивком головы поблагодарил его за заботу и вышел из гаража, стараясь не слишком широко распахивать двери. В конце концов, этот тип был не худшим из виденных мной вампиров. И как это ни грустно признать, но сейчас я мог доверять только ему.

Вернее, был вынужден доверять. Хотя это неправильно. Более того, это опасно, беспечно и преступно — доверять тому, кто вчера в опасный момент позорно удрал первым, бросив нас среди пожара в обезумевшей толпе. Значит, он вполне способен предать нас снова, но сейчас парень не врал, это не в его интересах, поскольку я — его единственная надежда выжить.

Вампирское сообщество жестоко и незамедлительно карает изменников. Причём к смерти приговариваются за куда более невинные проступки — помощь человеку, отказ от совместной охоты, неподчинение главе клана, отпущение жертвы из жалости, попытка пропаганды суррогатной крови взамен человеческой и всё такое прочее. Что могут сделать с вампиром, указавшим постороннему адрес общины, даже подумать страшно…