Читаем Мосты (ЛП) полностью

Скалли резко вздохнула и сглотнула, почувствовав, что в горле пересохло, но неожиданно для самой себя просто ответила:

– Да.

– Больше одного раза?

Скалли уперлась пальцами в раковину.

– Думаю, да, но однажды… сильнее.

– И… вы до сих пор влюблены?

Скалли прочистила горло, но ее голос все равно остался хриплым.

– Да.

– Вы по-прежнему вместе?

Скалли перевела взгляд на серебристый кран и керамический дозатор мыла с золотистыми краями.

– Не совсем, нет. Это… – Она подыскивала слова и пару раз открыла рот, собираясь ответить, но в итоге лишь смущенно рассмеялась и выдала болезненно-очевидное клише: – Все сложно.

– На самом деле нет, – просто ответила Донна.

Скалли подняла брови, моля о пояснении.

Донна наклонила голову и слегка прищурилась.

– Если вы по-настоящему любите друг друга, все совсем не сложно.

Скалли криво усмехнулась.

– Ну… хотелось бы мне, чтобы так оно и было.

– Так и есть. Когда вы проходите через нечто подобное, то знаете, что это так. С тех пор как вы с вашим возлюбленным расстались, случался ли с кем-то из вас несчастный случай? Были ли вы больны? Лежали ли в больнице? Была ли ваша жизнь в опасности? Или его? Или ее? – закончила она с тенью улыбки на губах.

– Его, – подтвердила Скалли. – И… да. Все вышеперечисленное, вообще-то.

Донна нахмурилась, и в ее взгляде отразилось искреннее сочувствие.

– Мне жаль это слышать. Но когда это случалось, когда вы наблюдали за ним в больнице или просыпались больной или раненой и находили его рядом или получали от него звонок… тогда это казалось «сложным»?

Скалли медленно вдохнула и выдохнула через нос.

– Нет. Нет, не казалось, – тихо признала она.

Донна ответила ей печальной улыбкой.

– Я должна вернуться на похороны мужа, – сказала она.

Скалли вздохнула и встретилась с ней взглядом.

– Должны. Но вы не одиноки – рядом с вами есть люди, которые вас любят.

– Да, есть – с этим мне повезло. – По-прежнему не двигаясь с места, Донна указала на золотой крестик на шее Скалли. – Вы верующая?

Скалли опустила взгляд, сопротивляясь порыву коснуться крестика.

– По-своему, да. Я считаю себя католичкой.

Миссис Гарсиа посмотрела на что-то в районе коленей Скалли и после долгого молчания спросила:

– Думаете, моя семья проклята?

Скалли энергично тряхнула головой.

– Нет. Нет, миссис Гарсиа, я в это не верю.

– Тогда что, по-вашему, происходит?

– Пока не знаю, но мы здесь для того, чтобы это выяснить. Однако все это может оказаться просто трагическим совпадением.

Донна невесело рассмеялась.

– Вероятно, мне стоит на это надеяться – так будет менее пугающе. Но мне хочется винить в произошедшем кого-то или что-то.

– Думаю, мы все так делаем, когда случается что-то плохое. Может, поэтому нам нужен дьявол.

– Может, вы и правы.

Скалли еще немного постояла, оказывая молчаливую поддержку этой женщине, которую только что встретила, и затем протянула ей руку.

– Пойдемте. Я провожу вас обратно.

К тому времени, когда Скалли и Донна вышли из туалетной комнаты, большинство пришедших собрались в маленькой часовне, чтобы послушать службу. Скалли «передала» Донну ее сестре на входе, и женщины понимающе друг другу улыбнулись. Скалли повернулась и осмотрела толпу, заметив, как Малдер чуть заметно помахал ей с сиденья у дальней стены помещения. Она обошла скамейки сзади и скользнула на пустое соседнее с ним сиденье, на которое он бросил их копии программы по увековечиванию памяти.

Когда Скалли уселась, Малдер склонился к ней и прошептал:

– Миссис Гарсиа в порядке?

Скалли отрывисто кивнула и прошептала в ответ:

– Думаю, да – по крайней мере, с медицинской точки зрения. Но ей нужно пройти обследование.

Малдер кивнул. Казалось, он хотел что-то добавить, но мужчина на возвышении попросил минутку внимания.

Несколько ораторов выходили произносить речь во время службы: родственники, сослуживцы, бывшие ученики. Трагедия преждевременной потери становилась еще более горькой при виде того, сколь многих затронули таланты и доброта покойного.

Младший брат Джозефа Гарсиа дошел до середины своей предсказуемой, но искренней речи, когда Скалли протянула руку и сжала ладонь Малдера – просто потому, что он был жив и рядом с ней, и это не были его или ее похороны. Она не хотела воспринимать это как должное, какими бы запутанными ни были сейчас их отношения. Малдер был с ней, позволяя ей прятаться в своей раковине, быть скрытной и отстраненной, позволяя ей пытаться все разрулить на ее условиях, и оставался с ней, несмотря ни на что. Никто из них не извинился, они ничего не разрешили и не исправили. Спор, обсуждение или что бы там ни было у них вчера необходимо продолжить, если они хотят двигаться дальше. Но прямо сейчас, в эту секунду, она держала Малдера за руку, и, бросив на нее отрывистый, но глубоко обеспокоенный взгляд, он сжал ее пальцы в ответ.