Читаем Мост висельников полностью

Он скользнул своим татуированным членом между ее губ, и она одобрительно мычала, пока он входил дюйм за дюймом, так что мышцы его живота напряглись, когда с его языка сорвалось пьянящее ругательство. Когда он полностью вошел в нее, то начал двигаться медленными, глубокими толчками, которые она принимала с очевидной легкостью. Чейз двигал бедрами, глубока трахая ее, и стоны, которые она издавала, сводили меня с ума, а мой член был таким твердым в моей хватке, что казался железным.

Я собирался кончить, и, судя по звукам, которые издавали все в той комнате, они тоже собирались кончить.

Я не мог остановиться. Я был в мчащемся поезде, и остановить его было невозможно. Я трахал свою руку со всей силой, с которой хотел трахнуть ее, сдерживая звук своего прерывистого дыхания, срывающийся с моих губ.

Я мог выдать себя, если не прекращу это безумие, но сейчас я не мог. Я был потерян, слишком глубоко увяз в этом преступлении, чтобы остановиться. И когда Роуг закричала от очередного оргазма, и остальные один за другим тоже кончили с мужскими стонами и рычанием, я тоже кончил, схватив одну из футболок Роуг и изливаясь в нее с диким звуком, который не мог сдержать.

Наслаждение пронзило меня, когда я опустошил себя в эту футболку, а затем сжал ее в кулаке, пытаясь перевести дыхание и не издавать больше ни звука.

К счастью, меня они не услышали, потому что были поглощены собственной страстью, и я наблюдал, как они все рухнули кучей на кровать, покрывая ее кожу поцелуями и ласками, продолжая осыпать ее вниманием, даже когда пытались прийти в себя.

Я молчал, следя глазами за блаженным выражением ее лица, пока она проводила руками по каждому из мужчин, окружавших ее, и легкая боль в груди заставляла меня хотеть подойти к ней и принять участие в этом. Но это было безумием. Я не мог этого сделать. Если бы я даже попытался принять в этом участие, мне захотелось бы оторвать их всех от нее и присвоить ее себе. И все же я не мог отрицать того, что только что сделал, и в чем молча признался самому себе. Потому что от этого мне было чертовски хорошо, даже если сейчас я испытывал противоречия, натягивая шорты и сжимая в кулаке футболку.

Черт…

Дворняга влетел в комнату, а постукивание его когтей по половицам было знакомым предупреждением о его прибытии. Маленький пес начал лаять, и мой желудок сжался, когда я понял, что он стоит у двери шкафа и смотрит на меня через щель.

Срань господня — нет!

— Иди сюда, Дворняга, — позвала Роуг, и я молился, чтобы маленький засранец послушался, но вместо этого он одарил меня тем, что, я мог бы поклясться, было ухмылкой, прежде чем снова залаять и просунуть нос в щель, пытаясь расширить ее достаточно, чтобы пролезть.

Я попытался подтолкнуть его обратно носком ботинка, но он забрался внутрь и продолжал лаять.

Я мысленно проклинал пса всеми известными мне жестокими словами, пытаясь развернуть его и отправить обратно тем же путем, каким он пришел, но, прежде чем я успел хотя бы попытаться исправить ситуацию, дверь распахнулась.

Маверик стоял там, натягивая шорты, а его брови поползли к линии роста волос, и мне захотелось врезать ему прямо по лицу.

Я покачал головой, глазами умоляя его не рассказывать остальным, в то время как его взгляд переместился на футболку в моем кулаке, а затем вернулся к моему лицу, когда все встало на свои места, и выражение его лица сменилось дразнящей ухмылкой.

— Ну, смотрите-ка, что я нашел. Лиса в кроличьей норе. — Он схватил меня за руку, вытаскивая из шкафа и показывая остальным.

Я вырвал свою руку из его хватки, краска залила мои щеки, когда я стоял там, как гребаный мудак, и отказывался смотреть на трех других людей в комнате, вместо этого мой взгляд остановился на полу. Отлично, теперь я еще и слабак.

Я заставил себя поднять взгляд и увидел, что они натягивают одежду, а глаза Роуг устремлены на меня, когда она поспешно слезла с кровати в майке Чейза и потянулась ко мне.

Я отступил назад, подняв руку, чтобы остановить ее, но так получилось, что это была рука, державшая футболку, наполненную спермой, так что это было просто охуенно здорово.

— Фокс, подожди, — сказала она, предугадывая мой следующий шаг, но я уже уходил, швырнув гребаную футболку на пол между нами, и широкими шагами вышел из комнаты со слишком большим количеством тестостерона, ярости и смущения, бушующими во мне, чтобы мыслить здраво.

— Это моя футболка с дельфином? — услышал я негромкий вопрос Роуг, и внутри у меня все оборвалось.

Вслед за этим раздался раскатистый смех Маверика, и я ускорил шаг, наполовину сбегая по лестнице, когда за мной поспешили босые ноги Роуг.

— Фокс! — Она поймала меня за руку, когда я вошел в кухню, и я резко развернулся к ней: в моей плоти бурлил гнев, требуя выхода. И я взорвался, не в силах сдержаться.

— Что?! — Я заорал на нее, но вместо того, чтобы отпрянуть от меня, она облачилась в свои гребаные доспехи и нанесла ответный удар.

— Не смей кричать на меня, — отрезала она. — Это ты прятался в моей спальне.