Читаем Мост полностью

Очевидно, тот, кто проектировал эту часть конструкции, делал это с расчётом на Ревика. Визуальные эффекты делали это очевидным, но Джон понял, что и звуки тоже важны. Не все эти звуки относились к насекомым и крысам; он слышал скрежет металла о камень, звон цепей, волочащихся по каменному полу, капанье воды, свист ветра над камнем.

Если бы всё это не казалось таким реальным, Джон, возможно, рассмеялся бы, просто из-за извращённого, тёмного юмора. Но это совсем не смешно. Иллюзия поместила Джона в это место вместе с Ревиком, вынудив его представить, каково это, заставив вообразить себе сто лет, проведённых подобным образом.

Хуже всего был запах.

Он никогда в жизни не чувствовал такого отвратительного запаха. Более того, чем дольше они шли, тем определённо хуже становилась эта вонь. Джон вообще не замечал её возле желоба, но казалось, что с каждой дюжиной шагов, которую они преодолевали, всё становилось чуточку хуже. Он вспомнил уборную, которую однажды посетил в отдалённой части Таиланда, где дохлые, кишащие личинками крысы плавали в воде с дерьмом. В итоге Джон тогда сходил в кусты, задохнувшись от запаха и предупредив друзей, чтобы те не открывали дверь уборной.

Так или иначе, запах, нараставший в этом каменном коридоре, был ещё хуже.

Впервые реальность того времени, что мальчик провёл в башне, по-настоящему ударила по нему.

Должно быть, он заработал инфекции, царапины, синяки от цепей и грязи. У него наверняка возникли проблемы со здоровьем из-за недостатка солнечного света и свежего воздуха. Со всеми этими фекалиями в воздухе у него появились бы постоянные проблемы с желудком, а также с лёгкими, паразитами, вшами, крысиными укусами, червями.

Просто невероятно, что он не умер.

Ревик, вероятно, желал себе смерти.

Представив себе это, Джон содрогнулся и поморщился, когда очередной укол боли пронзил его голову.

— Я что-то чувствую, — пробормотал Врег с другой стороны от Джона. — Там, впереди.

Джон взглянул на Ревика, возможно, чтобы проверить слова Врега. Ревик кивнул, переводя взгляд между ними двоими. Его губы оставались поджатыми, но не совсем в хмуром выражении.

— Да, — сказал он. — Я знаю.

— Ты знаешь, кто это? — спросил Джораг. — Может быть, Локи и остальные?

Ревик покачал головой, но не совсем в знак отрицания. Его глаза сузились, он наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то, чего остальные не могли услышать.

— Не знаю, — ответил он. — В основном я получаю кучу дерьма.

Джораг нахмурился, глядя то на Джона, то на Ниилу, то на Врега.

— Дерьма? — сказал он.

— Ну, вы же понимаете. Помехи, — сказал Ревик, по-прежнему не глядя ни на кого из них.

Остальные видящие и Джон снова переглянулись.

— Какого рода помехи? — переспросил Джон. — Ты можешь описать подробнее?

— Касс, — Ревик сделал неопределённый жест, не вдаваясь в подробности ни на языке жестов, ни вслух. — И Териан тоже. Но в основном Касс.

— Что она говорит? — спросила Ниила, взглянув на них со своего места рядом с Джорагом. Она шла прямо за Джаксом, который всё ещё хромал впереди них.

Подумав об её словах, или, может быть, о том, как ответить, Ревик выдохнул, щёлкнув себе под нос. Он не скрывал своего раздражения, когда заговорил в следующий раз.

— Обычное дерьмо, — сказал он. — В основном об Элли. Кое-что о нашей дочери.

Оглянувшись, Джон сглотнул, снова подавляя желание прикоснуться к Ревику.

— Пошли её нах*й от моего имени, — сказал он после паузы.

Наступило молчание.

Затем Врег, Джораг, Мэйгар, Ниила и Чинья разразились грубым несдержанным смехом. Звук показался Джону странным в этом месте с каменными стенами, в глухой акустике. Их голоса звучали напряжённо и фальшиво, совсем не так, как обычно, но что-то в их смехе заставило Джона улыбнуться.

— И от моего тоже, босс, — усмехнулась Чинья.

— …И от меня, — сказала Ниила.

— От меня тоже, — встрял Джораг.

— И от меня, — добавил Мэйгар. — Передай ей от меня тоже хорошее, большое, жирное «пошла нах*й», пап.

Джон увидел, как Ревик вздрогнул, глядя на Мэйгара с нескрываемым удивлением. Однако элерианец ничего не сказал и даже не улыбнулся. Джон почувствовал, что удивление в свете Ревика не развеивается, а усиливается в течение ещё нескольких секунд, пока он шёл.

— Скажи ей поцеловать мою азиатскую задницу, — добавил Врег, протягивая руку, чтобы помассировать плечо Джона и одарить его мимолётной, но тёплой улыбкой.

Джон вздрогнул от прикосновения и подался навстречу пальцам другого мужчины.

Почему-то постоянные удары по его свету вызывали у Джона желание находиться поближе к видящему, но он подавил импульс последовать за рукой Врега, когда тот отпустил его через несколько секунд. Вместо этого он прикусил губу, опустив глаза и позволив китайскому видящему разделить их, когда грациозные шаги Врега увлекли его ещё дальше вперёд.

Джон заставил себя посмотреть перед собой, на Джакса, который по-прежнему возглавлял их внезапно показавшуюся очень маленькой группу. Джакс оглянулся через плечо, одарив остальных натянутой улыбкой.

— …И мою тоже, — сказал он, задыхаясь.

Осмотрев лицо и тело видящего, Джон почувствовал волнение.