«Княгиня прошлась по аллее, села на скамью и задумалась. Она думала о том, что хорошо бы поселиться на всю жизнь в этом монастыре, где жизнь тиха и безмятежна, как летний вечер; хорошо бы позабыть совсем о неблагодарном, распутном князе, о своем громадном состоянии, о кредиторах, которые беспокоят ее каждый день, о своих несчастьях, о горничной Даше, у которой сегодня утром было дерзкое выражение лица. Хорошо всю жизнь сидеть здесь на скамье и сквозь стволы берез смотреть, как внизу под горой клочьями бродит вечерний туман, как далеко-далеко над лесом черным облаком, похожим на вуаль, летят на ночлег грачи... Сидеть бы неподвижно, слушать и думать, думать, думать...»

Между тем Второвы — отец Николай Александрович и сын Борис Николаевич, по молодости лет успевший стать всего лишь членом правления Товарищества на паях вывозной и внутренней торговли мануфактурными товарами, — появились на Спасопесковской площади последними.

Дом 8, владелица которого в 1819 г. — полковница Аграфена Дмитриевна Зыкова поступилась частью садовой земли в пользу князя А.А. Щербатова, не один десяток лет находился во владении купцов Касьяновых. Одна из членов этой семьи Екатерина Ивановна намеревалась в 1911 г. снести всю старую застройку, чтобы возвести пятиэтажный доходный дом. Ранняя кончина помешала ее замыслам. Муж покойной — Александр Васильевич, потомственный почетный гражданин и коммерции советник, делил наследство с большим числом детей. Торговая Москва хорошо знала его как компаньона-распорядителя Торгового дома «И.Я. Чурин и К°», располагавшегося на Воздвиженке, 9, в бывшем доме деда Л.Н. Толстого, которым перед революцией владел Шамси-Асадуллаев.

Домовладению № 6 не повезло так же, как и былой усадьбе Ржевских-Щербатовых. Они были сметены пожаром 1812 г. Из девяти с лишним тысяч зданий, которые насчитывала старая столица, сгорело больше шести тысяч.

А. П. Чехов

Для восстановления города пришлось создать специальную Комиссию для строения, просуществовавшую последующие 30 лет — до 1842 г. Ее деятельность оказалась настолько эффективной, что уже к 1817 г. количество жилых построек превысило допожарное время. В 1820 г. был отстроен и дом под номером 6, получивший в истории русской архитектуры название Дома Щепочкиной — в высшей степени оригинальный образец московского ампира. Крошечный — в пять окон по фасаду, — с четырьмя прислоненными к фасаду колоннами и тремя резными круглыми медальонами в опирающихся на колонны арочках, он красовался рядом с затейливыми каменными воротами, из-за которых тянулись на улицу деревья большого сада.

Красовался когда-то — потому что в результате бесконечных ведомственных споров между руководством города и Обществом охраны памятников дом разрушился, в заключение сгорел и сегодня ждет некоего мифического спонсора для «восстановления в новом материале». Если похожей на него декорации и предстоит появиться, к московскому деревянному ампиру она не будет иметь отношения.

В канун же революции домом владела семья Зворыкиных — генерал-майор Григорий Николаевич с супругой Марией Михайловной и инженер путей сообщения Михаил Иванович из Службы пути Северной железной дороги, сослуживец Марии Никитишны Гриневой, урожденной княжны Курбатовой, сотрудничавшей в Статистическом отделе той же дороги. С последней автор этих строк находится в родстве. Пожелтевшая пасхальная открытка в забытом ящике поставца хранит широкую подпись владельца Дома Щепочкиной.

Рекомендации М.И. Зворыкина был обязан своей дополнительной работой и настоятель церкви Николы Чудотворца, что на Песках, протоиерей Василий Петрович Некрасов. Он состоял единственным законоучителем в известном реальном училище инженера путей сообщения Ф.Д. Дмитриева, занимавшего дом графини Кутайсовой на Тверском бульваре, 20. Училище, обладавшее правами казенных учебных заведений, славилось превосходной постановкой преподавания математики и — абсолютной грамотностью своих выпускников, впрочем, предпочитавших профессию инженера.

А поленовская церковь — Спаса на Песках — богатством не отличалась, зато имела собственную церковно-приходскую школу, где преподавали ее последний настоятель протоиерей Сергей Васильевич Успенский и дьякон Иван Павлович Попов, и достаточно состоятельного старосту — основателя Торгового дома «Братья Колесниковы» — Федора Николаевича. И его фабрика, и оптовый склад, и магазины — все находилось в районе старого Арбата и Смоленской площади.

Впрочем, оставалась еще одна непрочитанная страница местной истории — Грибоедовы. В приходе Спаса на Песках жила семья Александра Сергеевича по матери — здесь прошло ее детство, позже — первые годы семейной жизни. Семейная легенда утверждала, что у Спаса на Песках состоялось и венчание молодой четы. Грибоедовская Москва — может быть, начинать ее надо именно отсюда?

МЕГАПОЛИС